Ясно мне не было, и облачно — тоже. Мне никак не было, потому что хотелось узнать, кто я такая и откуда вообще взялась, но почему-то никто не хотел помочь и облегчить поиск. И зараза эта херувимистая только нервы трепет, а помощь нужно с боем добывать.

— С чего ты взял? — спокойно спросила я и даже посмотрела в окно с задумчивым выражением лица, чтобы хран не просек мое нетерпение.

— А с того, что последним пытался открыть ту книгу твой отец! — выпалил он.

— И что? Пытался — это не открыл, — флегматично пожала плечами я.

— А вот и открыл! — выкрикнул херувим.

— Вот с этого места поподробнее, пожалуйста, — я развернулась к нему и приготовилась слушать.

— Надо же, даже до «пожалуйста» снизошла… — пробухтел он, но по подрагивающей в воздухе фигурке было заметно, что храну и самому не терпится поскорее все выболтать. — В общем, так… Эгерра Брониард случайно обнаружил эту книгу в архиве и очень ею заинтересовался. Сам дух не ведает, как фолиант попал в библиотеку, но было это давно. Так вот, какую бы магию твой папаша не применял, какие бы опыты не ставил, книга никак не хотела проявляться. Страницы по-прежнему были девственно чистыми. И тогда он смекнул, что перед ним родовой артефакт, и стал изучать историю черных драконов. Не то чтобы он ее не знал… Ведь Эгерра сам был одним из них, но тут он искал что-то конкретное. Долго и упорно, и, видимо, нашел, потому что стал таскать сюда девиц, сплошь черных дракониц. Заманивал их сюда под видом шашней, а пока глупышка вздыхала от слов его красивых, колол ей палец, да в книгу тыкал. Но артефакт так и не поддался.

Внутри как-то все похолодело. Вдруг посетило предчувствие, что вот сейчас передо мной раскроется какая-то очень нужная мне тайна. От нетерпения даже ладони зачесались, а сердце застучало в ускоренном темпе.

Дух снова засвистел, и Васесуарий отвлекся от рассказа. Выл библиотекарь недолго, хран кивнул и продолжил:

— Вскрылись новые подробности, Бронислава. Я был не прав! — Вот это новости. Тут я, признаюсь, напряглась. Это что же ему сказали, что херувим перешел на такой официальный тон. — Приношу свои извинения отцу твоему и всему роду Брониардов, в твоем, значит, лице!

Ага, так дух его вздрючил по первое число! Хотелось бы знать за что.

— Считай, что извинения приняты, — наверное, излишне поспешно произнесла я, потому что сразу последовало уточнение.

— И Тейсфору ничего про мой рассказ не скажешь? — А вот это уже было любопытно.

— Тогда ему нужно будет и о сияющих глазах рассказать, — заметила я. — Иначе, как ему объяснить, что я делала здесь с духом библиотеки?

— А вот об этом даже не заикайся никому, а то повадятся меня использовать. Мне и вас с Леркой выше рогов! — хран забавно провел ручкой выше головы.

— Рассказывать будешь? — спросила я. Когда херувим касался темы своей важности и значимости, его было не остановить, и приходилось резко его прерывать, чтобы направить разговор в нужное русло.

— Тебя видно не учили, что старших перебивать некрасиво, — огрызнулся он.

— Некому было там, да и здесь тоже, — пожала плечами я.

— Ничего, ушастый быстро тебя к этикету приучит. Дворец — это тебе не академия, там с этим строго!

— Ладно, не хочешь рассказывать, тогда я сама здесь похожу и поищу книги…

Намеки на то, что мы с эльфом пара, почему-то раздражали. Хран считал, что наше единение вопрос решенный, мне же никаких предложений не поступало.