А когда смысл сказанного дошел до адресата, стало так приятно. Эльф все же учел мнение простой девчонки, и его личное решение вдруг превратилось в наше общее. И сейчас со мной советовались, потому что… Потому что это правильно, ведь нам предстоит долгий путь проделать вместе. И сейчас речь не только об Изумрудной долине, но и о жизненном пути, который «рука об руку» и «умерли в один день».

Но «умерли» хотелось бы максимально отсрочить. А без Карила это сделать будет весьма проблематично. Кроме того, существовало еще как минимум две причины, по которым я бы желала, чтобы лорд Армагон составил нам компанию.

Во-первых, как истинный «кукурузник», я больше не представляла своей жизни без неба. А подняться туда самой, в незнакомом месте, ночью… Я конечно совершаю время от времени нерациональные поступки и даже дурю, но жить все же хочу. Сейчас особенно, потому что в моей жизни важный и нужный челов… эльф появился! В общем, страховка Карила нам не помешала бы.

И потом, он в драконьей ипостаси такой прекрасный!.. Наверное, грозный лорд и как мужчина ничего себе, но я сначала его жутко опасалась, а потом и вовсе с этой стороны не рассматривала, даже когда его глаза подозрительно заблестели. Определенно, черному дракону я симпатизировала лишь с эстетической точки зрения. Но, на всякий случай, решила уточнить:

— А вы там, в небе крылья, хвост, когти свои распускать не будете?

Ректор почему-то заржал, а Салмелдир очень серьезно заверил:

— Не будет он крылья распускать, моя Бронис, если конечно потом до конца жизни не захочет ползать по земле бескрылой ящерицей!

Живо представилась обычная ящерка с крылышками и без них. Интересно, если у простых ящериц может отрастать хвост, то у драконов регенерация должна идти ведь намного быстрее? Значит, теоретически нет гарантий, что не появятся новые крылья. Тут же захотелось спросить, были ли прецеденты с отрыванием частей тела у драконов?

Бронис, о чем ты только думаешь! Так мне кто-то и рассказал об этом!

И вторая причина, почему я не возражала против Карила — он довольно много знал о том, о чем не захотели рассказать мне. При этом черный дракон был слишком эмоционален и раним. Поэтому, легко достигал стадии болтливости и мог поделиться недостающей информацией. С эльфом сложнее. Друлаван — кремень. Если не захочет о чем-то говорить, не вытянешь из него. Можно попробовать слезы, и в универе у меня по сценическим слезам всегда пятерка была, но Салмелдир сердцем чувствует и сразу поймет настоящее у меня горе или наигранное.

В общем, лорд Армагон — это выход, страховка и местный «гугл» в одном флаконе.

— Ну, раз так, то я не против, — придав голосу легкую неуверенность, ответила я и повернулась к эльфу: — Ты тоже так думаешь?

По холодно-отстраненному выражению прекрасного лица сразу стало понятно, что ни черта мой новоиспеченный супруг так не думает, но ответил он иначе:

— Попробуем дать ему шанс, Бронис.

— Я знал, что голос разума победит, — усмехнулся ректор.

Возник новый портал, и Друлаван увлек меня за собой, крепко держа за руку. За нами шагнул и ректор.

К переходам, наверное, можно привыкнуть, если пользоваться ими часто. Меня же пока шатало, как после суток в скором поезде.

Перед нами возвышались отвесные скалы, причем реально черного цвета. Никаких тропинок, проходов, ущелий я не видела. И где тот хваленый перевал, о котором говорили магистры?

— Что и требовалось доказать, — глубокомысленно изрек дракон, осматривая местность. — Предгорье. Но место самое близкое к Изумрудной долине, надо отдать тебе должное, Салмелдир.

— Отдашь, — ухмыльнулся эльф. — Не обольщайся, у тебя еще будет такая возможность.