Без всякого смущения Ревекка показала владельцу револьвера на свободный стул и кивнула Иртеньеву.

— Знакомься, Джек, это мистер Деллер. Он любезно согласился рассказать тебе о полётах братьев Райт.

Иртеньев повернулся всем корпусом к мужчине и коротко представился:

— Томбер.

— Кто?.. Томбер?.. Не может быть…

Деллер не успев сесть, так и замер, держась за спинку стула, а полковник Иртеньев, едва разглядев его лицо, инстинктивно вздрогнул. Перед ним стоял ни кто иной, а неизвестно как оказавшийся здесь, в салуне, слегка постаревший капитан Рид…

Фермерский шарабан, оборудованный мягким сиденьем, слегка покачиваясь из стороны в сторону, довольно быстро ехал по хорошо накатанной колее. Позванивала сбруя, мотали головами сытые лошади, а загородный воздух был насыщен осенними запахами.

Сидя рядом с Ревеккой, полковник Иртеньев глазел по сторонам, время от времени останавливая взгляд на спине самолично правившего шарабаном «мистера Деллера». Ещё вчера вечером, в салуне, едва выяснив, кто есть кто, Рид гостеприимно пригласил Иртеньева вместе с Ревеккой пожить с недельку в его загородном доме. Чем вызвано такое предложение Деллера, полковник не знал, и это ставило его в тупик…

Признаться, неожиданная встреча выбила Иртеньева из колеи, и он, теряясь в догадках, то подозревал Ревекку, то начинал думать, что за ним следят, да и ко всему прочему поведение англичанина тоже до некоторой степени сбивало полковника с толку.

По тому, с какой тщательностью Деллер обходил все острые моменты той давней встречи, Иртеньев понял, капитан Рид вовсе не заинтересован, чтобы его спутница узнала хоть что-нибудь об истинном характере их отношений.

Зато сама Ревекка, не менее Иртеньева изумлённая удивительным стечением обстоятельств, с упоением расспрашивала Деллера об Африке, словно собираясь писать репортаж, и, видимо, именно это в немалой степени способствовало решению Нормана Рида пригласить их к себе.

Загородная усадьба Деллера оказалась типичным английским домом в викторианском стиле, окружённым целым рядом служб, причём конюшню и каретный сарай от центральной лужайки отделяла декоративная решётка, сплошь увитая розами.

Лихо прокатив по дорожке, казавшейся красной от усыпавшего её битого кирпича, Деллер остановил шарабан у ступенек парадной двери и, наконец-то повернувшись к пассажирам, торжественно объявил:

— Приехали! Милости прошу.

Наскоро осмотрев усадьбу, слегка утомлённая дорогой, Ревекка отправилась приводить себя в порядок, а Деллер, проведя Иртеньева в гостиную, усадил полковника на широкий кожаный диван и, устроившись в таком же кожаном кресле напротив, напрямую спросил:

— Как вы нашли меня, Томбер?

Неожиданный вопрос Деллера заставил Иртеньева посмотреть на всё совершенно иначе, и он со всей искренностью ответил:

— Поверьте, это случайность. Я вообще не ожидал никакой встречи, но Ревекка заявила, что у неё для меня сюрприз… То, что я окажусь здесь, я и предположить не мог.

— Значит, вас удивило моё приглашение? — капитан Рид внимательно посмотрел на полковника Иртеньева.

— Отчасти…

Понимая, что Деллер сейчас скажет главное, Иртеньев напрягся.

— Видите, — чувствовалось, что Деллеру трудно даётся каждое слово. — Я бы не хотел, чтобы кто-то здесь дознался о моём прошлом.

— Даже так… — озадаченно протянул Иртеньев и тут же добавил. — Признаться, я тоже.

— Ну, это понятно, — криво усмехнулся Деллер. — Насколько я помню, ваше призвание — политика.