Поведение Кляксы явно сулило им новые неприятности: она активно пульсировала, раздуваясь и опадая под напором черной массы, пытавшейся вырваться толчками у нее изнутри, никак не в состоянии протиснуться в такое маленькое отверстие. С каждым разом толчки становились все интенсивнее. Было очевидно, что «черная дыра» вот-вот не выдержит и разродится чем-то грандиозным, чего в пестрой мешанине маленьких мирков наверняка не видывали с начала их сотворения, или «нарезания».

— Боже мой, что нас ждет?.. — донеслось из задних рядов. По устоявшейся нотке обреченности в голосе Михаил узнал Бельмонда.

— Похоже, что мы ее не на шутку раззадорили, — сказал Заноза. — Почуяла, стерва, серьезного врага и намерена с ним всерьез разобраться!

— Сейчас она у меня еще не то почует! — заявил сквозь зубы Рик, вскидывая резак с очевидным намерением выстрелить прямой наводкой в натужившуюся Кляксу. Но на оружие легла рука Карригана.

— Нет. Только не туда. Последствия могут быть непредсказуемы. Надо выждать.

— Иди ты к такой-то матери!.. — Рик резким Движением скинул со ствола его руку — без особого труда, к удивлению Михаила, памятующего о чугунности Карригана, когда тот ставил себе целью кого-то удержать.

— Сержант Рикаев! — рявкнул Петр, но было поздно: Рик выстрелил.

Треугольник мрака вырвался из его рук, уперевшись в пульсирующее черное пятно. Оно как будто только в этом и нуждалось: стоило двум мракам соприкоснуться, как Клякса лопнула — словно поток расплавленной смолы плеснул в маленький мир, заливая плавающие вокруг реальности, будто на книжку с яркими картинками уронили лохань чернил.

В то же мгновение Михаил получил внезапный удар в грудь, отлетел назад и упал на что-то не слишком-то мягкое, к тому же угловатое: под ним трепыхался, выдавая цензурные проклятия, Попрыгунчик. Остальная команда была в беспорядке раскидана вокруг: что-то отбросило их назад в зал, как и Михаила, — благо, никого не угораздило влететь в огонь. Один Карриган продолжал стоять в дверном проеме. «Не он ли нас всех так лихо отпихнул?» — подумал Михаил, уверенный, что попутчик Илли способен еще и не на такое. Не хватало среди окружающих только Рика. Снаружи его тоже не было видно — там царила сплошная темень. Карриган, обернувшись, нашел глазами Илли.

— Доставай старухин амулет, зови подмогу! — велел он ей и, отвернувшись, сделал шаг назад, вытянув перед собой руки, словно удерживая что-то невидимое, но вполне осязаемое: чернота с той стороны плотно залепила входной проем и напирала, силилась ворваться внутрь, грозя вот-вот смести удерживаемый Карриганом незримый барьер.

— Рик! — крикнул Михаил, борясь со слабостью и дрожью в коленках. — Он же там остался!.. — Похоже, он был единственным в команде, кого волновала судьба всех без исключения ее членов.

— Забудь, его уже нет, — уронил через плечо Карриган. Липкое бессилие затопило Михаила. «Рик. Красавчик Рик. Сержант Рикаев. Наверное, он был русским…» — прибило этой волной мысли, скупые, как надписи на погребальном венке.

Снаружи черная масса всхлестнулась девятым валом, пожирая небо. Ей навстречу метнулись из зала несколько ослепительных лучей — Петр с командой пытались бороться с неведомым врагом, как их учили, с помощью лазерников, но с тем же успехом можно было палить в белый свет черной ночи — лучи попросту тонули во мраке, поглощаясь им с равнодушием неуязвимой стихии.

— Сюда бы генератор поля, — проронил с отчаянием Петр: он, как и другие, понимал, что один Карриган сдерживает как-то агрессивную массу, эту черную блевотину Кляксы, не позволяя ей хлынуть со всех сторон внутрь маленького зала.