Джейн снова вздохнула.

– Ваше Высочество, вы все равно мне не поможете. Лучше вам не знать, кто он.

– Джейн, я требую!

Джейн поколебалась. Затем сказала:

– Это Вильгельм Цайльштайн.

Марии показалось, что у нее гора свалилась с плеч. Она едва не рассмеялась над своими ужасными подозрениями. Вильгельм с двумя любовницами! Вздор. У него и на одну-то не хватает ни времени, ни сил. В самом деле, ведь не мог же управиться с женой и любовницей – потому-то и выбрал последнюю.

Однако уже в следующий миг она нахмурилась. Цайльштайн происходил из рода Оранских, хотя и представлял боковую ветвь. А Джейн была дочерью небогатого английского помещика. Мог ли кузен принца Оранского взять ее в жены? Пожалуй – только под давлением обстоятельств.

– Он должен немедленно жениться на тебе, – сказала Мария.

– Он этого не сделает, Ваше Высочество. Ему семья не позволит – так он говорит. Да я и сама знаю, что не гожусь для брака с ним.

– Но сгодилась для того, чтобы он сделал тебе ребенка.

– Ах, Ваше Высочество, я понимаю, сколько позора мне предстоит вынести – уехать обратно, к отцу… И иногда говорю себе, что… что на свете нет ничего худшего, чем это.

– Цайльштайн говорил с принцем?

– Нет, Ваше Высочество. Да он бы и не посмел. У принца на него совсем другие планы. Я думаю, ваш супруг желает устроить более выгодную партию…

– И устроил бы – если бы не было столь явного преимущества в пользу брака с тобой. Ах, Джейн, ну как же ты могла совершить такую глупость? Зачем уступила ему?

– Я любила его, Ваше Высочество.

– Вижу. Ну и что?

– Сначала он обещал жениться на мне…

– Ага! В таком случае, я думаю, мы заставим его сдержать свое слово.

– Но он говорит, что принц не даст согласия на наше бракосочетание.

– А вот мне кажется, что ваше бракосочетание все-таки состоится. Жаль, ты сразу ко мне не пришла.

– Мне тоже, Ваше Высочество. Вы так добры, так отзывчивы… и – понимаете меня. Даже не браните меня, хотя я этого заслуживаю.

– Бедная моя Джейн, мне ли не знать, что такое любовь? Мне ли не знать, как трудно в ней найти виноватых? Да и кого мне бранить, когда я переживаю за тебя – грущу, оттого что слишком уж ты быстро рассталась со своими чувствами?

Джейн поцеловала ее руки и тихо заплакала.

– Ты сегодня перетрудилась, а это может повредить твоему ребенку. Ступай к себе и предоставь дело мне.

– Ах, Ваше Высочество, как мне отблагодарить вас?

– Прибереги благодарности до той поры, когда выйдешь замуж за своего обольстителя. Это будет непросто, но я постараюсь сделать все возможное.

Мария ходила по комнате, размышляя о превратностях жизни. Бедная, бедная Джейн Ротт! Та уже видит безрадостную картину своего возвращения домой, где ей предстоит родить своего внебрачного ребенка. А потом – до самой смерти слушать упреки отца и родственников, поскольку она, не наделенная красотой или деньгами, едва ли найдет себе хоть какого-нибудь мужа.

Много лет назад мать принцессы Оранской вот так же забеременела в Голландии и не верила, что ее обольстителю позволят жениться на ней. Эта не раз слышанная история не нравилась Марии: она открывала счет тем малоприятным обстоятельствам, которые в конце концов заставили ее искать спасения в объятиях Франциски Эпсли, – ибо что же сулит женщине общение с мужчиной, как не лишние сложности и ненужные заботы? О, этот домик на берегу реки, где они вдвоем прожили бы самые счастливые годы своей жизни! Увы.