Прежде чем засесть за бумаги, Адам пошел вниз что-нибудь перекусить. Мэри Роуз сидела за кухонным столом с пером и бумагой. При виде брата она ласково улыбнулась.

— Ты рано вернулся. Хочешь есть? Я сварила суп. Он конечно, не такой вкусный, как у мамы Роуз, но…

— Я думал, что ты уехала домой, — заметил Адам.

— Мы уезжаем через несколько минут. Я только хотела переписать вот этот рецепт. Садись, я налью тебе супа. Надеюсь, ты не откажешься?

— Конечно, — рассеянно ответил Адам.

Мэри Роуз встала, взяла со спинки стула фартук и надела его. Адам сел к столу, но внезапно резко вскочил на ноги.

— Фартук! — громко воскликнул он.

Мэри Роуз удивленно оглядела сие нехитрое произведение портновского искусства и вопросительно посмотрела на брата.

— По-моему, с ним все в порядке, — недоуменно проговорила она.

— Я не про твой, — поспешно сказал он. — Фартук Женевьев. Он был ее собственный? То есть… я хочу знать, привезла ли она фартук с собой или надевала тот, который ей дали здесь.

— Я дала Женевьев фартук мамы Роуз — боялась, что она испачкает свое красивое платье, поэтому…

— Она его вернула? — перебил ее Адам.

— О Господи, да конечно, вернула! Что с тобой, Адам?

— Не важно. Где этот фартук?

— Фартук?

— Да, черт побери, фартук. Где он? Мэри Роуз вытаращила на Адама глаза. Ни разу в она не видела брата таким. Он никогда не терял самообладания, но сейчас, кажется, был весьма близок к этому. Она просто не узнавала Адама, всегда спокойного и уравновешенного.

— Почему ты так волнуешься из-за фартука? — требовательно спросила Мэри Роуз.

— Я не волнуюсь. Но ты можешь мне наконец ответить, где он?

Она нахмурилась, выказывая свое отношение к его странному поведению.

— Полагаю, висит вместе с другими на крючке в кладовке, — сухо ответила Мэри Роуз.

Прежде чем она договорила, длинные ноги Адама одолели половину кухни. Мэри Роуз пошла следом за ним к кладовой и остановилась, наблюдая, как брат судорожно срывает с крючков пальто, шляпы, шарфы и кидает на пол.

— Ты все это поднимешь и повесишь обратно, — заявила Мэри Роуз. — Адам, да что все-таки с тобой происходит?

— Где он, черт побери?

— Вон, белый, слева от тебя, с двумя кружевными карманами, — указала сестра. — Да зачем он тебе понадобился?

Адам снял фартук с вешалки, быстро осмотрел карманы и едва не закричал от радости, нащупав в одном из них клочок бумаги. Он надеялся, что в спешке Женевьев забыла телеграмму в кармане фартука. Так и вышло!

Адам вытащил лист, вышел на свет и быстро прочитал телеграмму.

— Сукин сын! — взорвался он.

— Следи за речью, — одернула его Мэри Роуз. Она придвинулась к брату, пытаясь заглянуть ему через плечо, но Адам уже свернул бумагу, и Мэри Роуз ничего не успела увидеть.

— Что это?

— Телеграмма.

— Это телеграмма Женевьев, — с укором сказала она.