Что-то пронеслось в небе. Она на мгновение перестала грести, вглядываясь в усыпанную звездами черноту. Затем ее внимание привлекла еще одна падающая звезда – короткая полоска света. Она поудобнее расположила саднящие ладони на весле и инстинктивно оглянулась через плечо. Шейные позвонки хрустнули. Не было видно никаких признаков острова, который она покинула, лишь черная полоса океана. И перед ней тоже ничего не было. Эбигейл протянула руку, чтобы коснуться экрана телефона, но ничего не произошло. Он разрядился. Она была в открытом океане. На мгновение Эбигейл почувствовала себя не просто напуганной, а переполненной ужасом. И ужас этот как будто опустошал ее, сжимал легкие. Она приказала себе не останавливаться: в будущем у нее еще будет время, чтобы выплакаться.

Вытерев руки о бедра, Эбигейл крепко схватилась за весло и продолжила грести в направлении, в котором двигалась. Не сводя глаз со звезд, вскоре узнала три, стоящие в ряд, – пояс Ориона. Созвездие было чуть левее ее, и она, гребя из последних сил, старалась плыть так, чтобы оно оставалось слева. Чем быстрее она будет грести, тем меньше шансов отклониться от курса.

Двадцать минут спустя Эбигейл заметила маяк – тусклый движущийся луч света. Его вид усилил страх услышать гул самолета или звук другой плывущей лодки – но нет, вокруг было тихо. Маяк был близко… настолько близко, что она смогла различить его очертания на фоне пурпурного неба. Он был построен на выступе скалы, почти на островке, и Эбигейл погребла дальше. Она решила, что находится в заливе Каско. Вскоре ей стала видна береговая линия и еще один маяк. Ее мышцы горели. Стиснув зубы, Эбигейл ускорила темп, глубоко погружая весло в воду. Вскоре она различила россыпь огней вдоль береговой линии, даже свет того, что было похоже на фары автомобиля. Все было размыто. Она поняла, это ее глаза слезятся от холодного ветра и по ее щекам текут слезы.

Приблизившись к берегу, Эбигейл увидела на горизонте слабую полоску рассвета; небо посветлело, стало серым. Маяк был словно с открытки – белый, с черным верхом; под ним домик смотрителя, выкрашенный в красный цвет. Перед домом она различила машину с выключенными фарами, стоящую на краю небольшой площадки – вероятно парковки для посетителей. Неужели кто-то ждет ее? Эбигейл повернула на юг и принялась грести изо всех сил. Она надеялась найти для выхода на берег место получше, менее каменистое и не такое, где ее могли бы легко заметить.

Каяк двигался медленно, обратное течение относило его назад, но вскоре Эбигейл различила в рассветной мгле окруженную деревьями бухту и полоску песка. Она направила каяк к берегу. Та ударилась носом о плоский камень, слегка скрытый водой, а затем скользнула на песок. Эбигейл встала, потеряла равновесие и упала в три дюйма ледяной воды, при этом ударилась локтем обо что-то острое, и рука на миг онемела. Она застонала, но быстро встала и подтянула каяк чуть дальше на берег.

Небо теперь было жемчужно-белым, а воздух наполнился рассветным туманом.

Примерно в десяти ярдах от нее из леса вышел мужчина, держа на сгибе локтя длинную винтовку.

Глава 32

Эбигейл запустила руку внутрь каяка, пытаясь достать онемевшими пальцами свое оружие.

– Вам нужна помощь? – спросил мужчина. Его голос, его спокойствие слегка пугали.

– Не подходи. – Эбигейл нащупала винтовку и, вытащив ее, направила на мужчину. Тот был плотного телосложения, во флисовой толстовке с камуфляжным рисунком.

– Черт, – сказал он и, бросив свою винтовку, дуло которой было направлено вниз, поднял руки.

Эбигейл била дрожь, но она держала палец на спусковом крючке. Дуло было нацелено на мужчину.

– Отойди назад! – приказала она, и он отступил.