Луис поерзал на отполированном водой валуне, на котором сидел:

– Это изображение относится к настоящему времени?

– Ты видишь то, что происходило сорок часов назад.

Луис задал вопрос, который отказался задавать одиннадцать лет:

– Ты хочешь сказать, что Тила солгала? Но почему?

– Она слишком мало знала. По мере расширения интеллектуальных способностей усиливается и уверенность в собственной непогрешимости, а здравого смысла ей всегда недоставало. Она вполне могла проделать то же, что и я, имея под рукой мои компьютеры. Луис, Тила так и не осознала, насколько точно я смог направить плазменное перо, которое мы отделили от солнца. Плазма вовсе не растекалась по поверхности Кольца. Радиация, которой Тила боялась, … конечно, она значительно превысила фоновый уровень.

– Край, – проговорил Луис. Он начинал верить кукольнику.

– Край. Вот именно.

– А что, по‑твоему, произошло с людьми со Сливных гор?

– Видимо, на пяти процентах всей территории, прилегающей к краевой стене, погибли очень многие.

Десять миллионов, сто миллионов людей расы, представителей которой Луис By ни разу не встречал. Быть может, нескольких рас. Тем не менее, Луис произнес:

– Лучше Всех Спрятанный, я должен перед тобой извиниться.

Кукольник мелодично зазвенел. Регистрирует, подумал Луис и вслух сказал:

– Вот еще что. Обрати внимание на человека, который сидит наверху. Это Красный пастух?

– Совершенно верно. Относится к представителям семейства плотоядных, живущим не слишком далеко от краевой стены. Очень быстро бегают.

Огромный фургон внезапно понесся вниз по склону, увертываясь от валунов, в колеблющиеся густые облака и скрылся.

– На время я потерял машины из виду, – сказал Лучше Всех Спрятанный. – Через пятнадцать часов я обнаружил вот что. Появилось новое изображение: маленький краснокожий человек стремительно мчался по берегу реки.

– Это тот же самый? – спросил Луис.

– Трудно сказать. Нужно замедлить воспроизведение.

Теперь красный человечек бежал со скоростью, о которой олимпийский чемпион может только мечтать.

– Похоже, он самый, – заметил Луис.

– В инфракрасном свете, – пояснил Лучше Всех Спрятанный. Сквозь окно с размытыми границами в темном утесе розовый отблеск сиял вдоль черной реки среди поблескивающих скал.

– А это?

Светящийся курсор указал на бегущую розоватую тень; рядом шевелилась другая. Красный продолжал бежать в том же темпе. Какая‑то более теплая тень перебегала от укрытия к укрытию, сверкала между валунами…

– Замедли изображение!

…Вот она пробралась сквозь кусты, а где теперь? Красные бегают быстро, но это  не отставало от человечка при том, что большую часть времени еще и пряталось.

Луис никак не мог распознать эту тень.

– Луис, мы наблюдали, как горели три корабля Патриархии. Я подозреваю Защитника, – заговорил Лучше Всех Спрятанный. – Может, это другой Защитник?

– А почему не просто гул?

В режиме ускоренной перемотки вперед красные точки унеслись прочь, и вернулось обычное освещение. Красный пастух бежал один. Поблизости от него ощущался намек на спорадическое движение… Что‑то внезапно выскочило перед ним. Он мгновенно взмахнул мечом…

Стоп‑кадр.  Курсор Лучше Всех Спрятанного указал:

– Это Красный пастух, а это вампир. Видишь еще что‑нибудь?

– Верни изображение в инфракрасном.