Торн избегал излишне эмоциональных, своенравных женщин, которые слушали сердце, а не разум. Мисс Лидалл была как раз такой, поэтому он изо всех сил пытался укрыться от ее чарующей ауры.

– Сильно в этом сомневаюсь, – возразил Торн, едва сдерживая саркастическую усмешку при виде странного растения, которое его брат подарил мисс Лидалл. Оно внушало страх и явно не стоило того воодушевления, с которым Оливия так живо бросилась целовать Гидеона в подбородок. Женщина, за которой он стал бы ухаживать и с которой мог бы разделить постель, отвергла бы такой непривлекательный подарок с презрением. – Я не стану волочиться за этой дамой.

– Я бы вздохнул с облегчением, если бы мог тебе поверить. – Гидеон направился к большим двойным дверям.

Он ошибся. Торну не нравилась мисс Лидалл. Он искал Гидеона.

– Ты намеренно пытаешься меня спровоцировать.

– Быть может, – медленно протянул Гидеон. – Но я все равно считаю тебя лжецом.

И только когда они с Гидеоном вернулись в дом, Торн вспомнил, что брат так и не объяснил, почему сказал мисс Лидалл, что уезжает.

Столовая не могла вместить всех гостей лорда и леди Фелстед, поэтому длинные столы расставили в бальном зале. Дабы справиться с наплывом желающих, в саду возвели несколько шатров, чтобы вместить тех, кто предпочел отужинать в семейном кругу на свежем воздухе.

– Волноваться не о чем.

Торн рассчитывал, что брат присоединится к нему за основным столом, – он намеревался продолжить незаконченный разговор. Но Гидеон выбрал себе местечко за одним столом с мисс Лидалл. И несмотря на то, что сидели они не рядом, Торн не один раз ловил многозначительные взгляды, которыми обменивалась парочка.

– Речь о Гидеоне, – сказал кузен, глаза его затуманила тревога. – Насколько я понимаю, ваш разговор с братом ничем не закончился?

Торн почесал левую бровь, чтобы скрыть раздражение.

– Гидеон постоянно меня избегает, – признался он, не желая, чтобы даже Шанс знал, насколько сильно это ранит его. – Он что-то задумал, и тут не обошлось без мисс Лидалл. Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Тогда сделай что-нибудь, – подтолкнул его Шанс.

– Например?

– Поговори с мисс Лидалл, – ответил маркиз. Оба джентльмена заметили, что девушка несколько минут назад вышла из комнаты, чтобы избежать разговора с леди Грисдейл. – Может быть, она сможет ответить на вопросы, которые ты хочешь задать Гидеону.

Торну не нравилось, что его брат делится тайнами с мисс Лидалл. Он все гадал, в какие еще неприятности втянула его эта дама.

– Она не слишком-то меня жалует.

– Когда это тебе не удавалось очаровать девушку, чтобы выведать ее… э-э-э… тайны? – усмехнулся Шанс. – Я прекрасно вижу, что мисс Лидалл благоволит твоему брату. Твое красивое лицо должно смягчить ее нрав.

– Шанс, от твоих советов толку – чуть!

– Если девушка не любит тебя, тогда подойди к ней как Гидеон! – беспечно посоветовал кузен.

– Если ты имеешь в виду нашу детскую забаву, – Торн саркастически усмехнулся, – то мы с Гидеоном уже давно не пытаемся никого одурачить.

– Это ты расскажи своей милой матушке! – хлопнул его по плечу Шанс и от всего сердца рассмеялся. – Какой лгунишка! Я прекрасно помню весеннюю ярмарку, когда нам с Гидеоном, Рейнбо и Сент-Лионом вскружила голову одна рыжеволосая красотка. Господи, сколько же нам было? Пятнадцать? Шестнадцать?

Торн усмехнулся:

– Слишком юные! Ума не было!

– Ага! Значит, ты помнишь, как запаниковал Гидеон, когда красотка пригласила его сопровождать ее на ярмарке.