— Отчего тогда всякий раз, как Эндрю глядел на меня, на его лице появлялась глупейшая улыбка? — настойчиво спросил Джордан.

— Хм… не знаю. Вам надо было спросить его самого. — Джил попыталась выпрямиться, но под его властной рукой быстро сдалась, слишком расслабившись, чтобы сопротивляться.

— Спорю на что хотите, но с того момента, как я вернулся после телефонного разговора, в его глазах стали мелькать подозрительные огоньки. У меня было такое чувство, что вы вместе смеетесь над шуткой, которой не поделились со мной.

— Поверьте, вы ошибаетесь. Джордан задумался.

— Вряд ли.

— Хм… — Джил клонило в сон, и сидеть в такой позе, привалившись к плечу Джордана, было удивительно приятно.

— Я размышлял о том, что вы рассказали мне сегодня днем, — проговорил Джордан немного погодя. Его губы были у самого уха Джил, и ей показалось, что они легко коснулись ее щеки.

— О моей печальной, но правдивой истории? — прошептала Джил, зевнув.

— О ваших неприятностях с музыкальной паузой.

— А, да… с цезурой.

— Завтра я возвращаюсь в Сиэтл, — вдруг отрывисто сказал он.

Джил кивнула. Ее охватила непонятная грусть. Странно, почему она приняла это так близко к сердцу? В Сиэтле они с Джорданом не будут сталкиваться на каждом шагу. Не будут спорить, подкалывать друг друга… или целоваться. В Сиэтле ему не грозит услышать нелепую историю о подвенечном платье тети Милли.

— Что ж… надеюсь, перелет пройдет удачно.

— В среду у меня деловая встреча. Отложить ее в последний момент я не смог, но мне удалось заменить билет.

— Вы взяли билет на другой рейс? — Джил молила Бога, чтобы Джордан не заметил, как у нее перехватило дыханье.

— Мне надо быть в аэропорту только вечером.

— В котором часу? — Не все ли равно? И вместе с тем она с нетерпением ждала ответа. Ей нужно было знать.

— В восемь.

Джил была слишком взволнованна, чтобы высчитать разницу во времени, но понимала, что в Сиэтл Джордан попадет ранним утром. Не выспавшийся, усталый. Не самый лучший путь к успеху на сверх важной встрече.

— Я вот о чем подумал… — протянул Джордан. — Я был на Гавайях много раз — деловые свидания, официальные обеды, — но совсем не знаю этих островов. Никогда не осматривал их.

— Какая жалость! — воскликнула Джил. Она действительно так думала.

— И мне кажется, — продолжал Джордан, — что осматривать достопримечательности в одиночку будет совсем не так интересно, как вдвоем.

— Сегодня утром я и в одиночку получила большое удовольствие. — Попытка Джил возразить прозвучала, надо сказать, неубедительно. Может быть, потому, что пальцы Джордана продолжали нежно теребить ее волосы.

— Вы не составите мне компанию, Джил? — спросил он хрипло. — Подарите мне этот день. Давайте откроем Гавайи вместе.

— Почему? — спросил Джордан с уже привычной для нее прямотой.

— У меня… есть свои планы, — с запинкой произнесла Джил. Она чувствовала, что решительность оставляет ее. Когда его рука обвивает ей шею, а голова ее покоится у него на плече, трудно отвечать отказом.

— Отмените их.

Да, самонадеянности ему не занимать. Всемогущий бизнесмен даже не сомневается в том, что она поступится своими планами, раз он пожелал уделить ей несколько часов своего драгоценного времени.

— Боюсь, что мне это не удастся, — холодно отозвалась Джил, собрав всю свою решимость.