— Так ты заходил просто поговорить? Он твердо сжал губы.

— Ты мне не веришь?

— Ничуть.

Глаза Криса гневно вспыхнули:

— Великий Боже, ты — самая твердолобая баба во всей округе! Да говорю ж тебе, у меня с Велвет ничего не было!

— Благодарю за любезные разъяснения, — сухо ответила Виктория.

Отстранив Криса, словно досадную помеху на пути, горничная направилась к плите. Набрав ведро горячей воды, она вернулась и вылила воду на скомканные мокрые простыни.

«Уходи, — мысленно молила она, принимаясь тереть простыни на стиральной доске. — Прошу тебя. Я должна ненавидеть, чтобы не желать с тобой остаться».

Стянув с головы шляпу, Крис удрученно взъерошил волосы. «Полная отставка», — подумал он, со злостью глядя на маску, скрывающую подлинные чувства этой женщины. Внезапно он шагнул вперед, схватил Викторию за плечи и, оторвав ее от стирки, прижал к стене. Она яростно сопротивлялась.

— Если ты меня не отпустишь, то сейчас запоешь по-другому. — Она попыталась ударить шерифа коленом в пах, но юбка ее намокла, а Свифт тут же наступил ей на подол, и потому ничего не вышло.

— Я не выпущу тебя, пока ты не успокоишься и не начнешь рассуждать здраво. — Взгляд его стал угрожающим. — И если мне понадобится для этого сорвать с тебя твою уродливую маску, я ее сорву.

— Только попробуй!

— И попробую!

— Когда же все это кончится? — яростно прошипела Виктория.

— Кончится? Да еще ничего и не начиналось. Виктория неподдельно изумилась. Это он всерьез? Она-то уже давно вся в его власти.

— Для кого-то не начиналось, а для меня должно кончиться.

Всем своим весом он прижал ее к стене.

— Ты в самом деле этого хочешь? — спросил он почему-то хриплым голосом. Виктория отвела взгляд, но Крис схватил ее за подбородок, заставляя глядеть себе прямо в глаза. С отвращением думая, что под его пальцами — резиновая маска, он пристально вгляделся в глаза Виктории, пытаясь угадать ее истинные чувства. — Можешь молчать сколько угодно, я все равно никуда не уйду. — Его голос стал угрожающе тихим. — Если ты сбежишь из города, я отправлюсь следом и догоню тебя.

— Не получится, — печально ответила она, как-то вмиг обмякнув.

— Получится. И я заставлю тебя остаться, — твердо произнес он. — Я помогу тебе найти нужные доказательства, но потом ты останешься. Я тебе не позволю уехать.

Она растерянно захлопала глазами, завороженная уверенностью его тона. Мужчины не часто говорят такие вещи.

— Ты хочешь только…

Его губы заглушили ее ответ, вслед за которым наверняка снова началась бы словесная перепалка. Виктория попыталась высвободиться, но безуспешно — он только крепче обнял ее, его губы жадно впились в ее, язык же проник ей в рот. Выгнув спину, она яростно заработала кулаками, но, похоже, эта борьба лишь разжигала его.

Внезапно она стихла, а потом ответила на его поцелуи — яростно, страстно, прощая ему свои боль и обиду.

Сердце Криса екнуло, он почувствовал дрожь в коленях. Ее поцелуй его полностью обезоружил.

— Признайся, — произнес он, почти не отрывая рта от ее губ. — Ты меня ревновала.

— Да, — выдохнула она. — Да, да! — Она запустила пальцы в его шевелюру. — А что же мне оставалось? Мы не виделись три дня, и вот я обнаруживаю тебя у Велвет.