|
Какое-то время брат с сестрой разговаривали тихими голосами, надолго замолкая в темном вестибюле. Потом чья-то светлая фигура, длинные голые ноги промелькнули в пятне света, и быстрые шаги застучали по лестнице. Анри вернулся один и, снова усаживаясь, заявил: - Она знала. Луиза хотела было спросить его о чем-то, но замолчала под взглядом невестки; Анри, испытывая потребность говорить, объяснил все сам: - Их при въезде в город остановила полиция за превышение скорости. Полицейский потребовал у них документы. Он узнал Мад и удивился, что она тут, перед ним, хотя ее отец умер. - Она спустится сюда? - Думаю, да. Она пошла переодеться. - Но... Жанна вдруг подумала о том, что в комнате девушки сейчас лежит покойник. Анри понял: - Я сказал ей об этом. Она все равно пошла туда. Чуть позже он спросил: - Алисы дома нет? - Она ушла и вернется только в день похорон. Это слово чуть было не заставило его снова разрыдаться, но он ограничился лишь несколькими всхлипываниями. Теперь, когда он поел, он не знал, чем заняться, как держать себя. - Может быть, лучше, чтобы ты поставил машину на место? - Верно. Я и забыл. - А ты оставайся здесь, - сказала она Луизе. Мадлен была наверху уже больше десяти минут, и Жанне пришлось еще раз подняться по лестнице. Она увидела свет в голубой комнате и осторожно толкнула дверь. Девушка надела темно-синее платье, мокрые шорты и блузка из белого хлопка валялись на полу. Она сидела на стуле в самом дальнем от кровати углу, подтянув к себе колени, опершись на них локтями и уткнувшись подбородком в ладони; взгляд ее неподвижно уставился на отца. Она не плакала. Она не вздрогнула, не шелохнулась, услышав, как открывается дверь, и, казалось, даже не догадывалась о присутствии тетки вплоть до того момента, когда та, так же как и с Анри, захотела положить ей руку на плечо. Тогда быстрым грубым жестом Мадлен стряхнула руку, и Жанне показалось даже, что девушка хотела ее ударить. - Нужно спуститься вниз. Ни слова. Ни взгляда. - Ты не можешь оставаться здесь, Мадлен. Я Жанна, твоя тетя. Твои мама и брат внизу. Шипящим голосом она спросила: - Я что, не имею права остаться здесь с моим отцом? - Не сейчас, Мад. Нужно спуститься. Она пошла за Жанной, но было совершенно очевидно, что сделала она так скорее в виде вызова, чем подчинившись. В ее согласии чувствовалось нечто высокомерное, презрительное. В кухне она обратилась не к тетке, а к матери, и ее голос от этого не стал мягче или почтительней: - Это правда, что я тебе нужна? - Ты могла бы говорить со мной по-другому, Мад. - Тихо, - вмешалась Жанна. - Ты должна поесть, Мадлен. А потом пойти спать в комнату брата. Анри устроится на третьем этаже, если, конечно, ты сама не захочешь туда подняться. Губы девушки дрожали, она жестко смотрела на тетку; вернувшийся со двора с сигаретой в зубах Анри был поражен ее видом. - В чем дело, Мад? - спросил он. |
