Я в ответ потянулся к нему Скиллом.

Я спал.

Кажется, еще не очень поздно!

Я заметил, что его окружает. Уютная комната. Он сидел, откинувшись, в мягком кресле и смотрел на слабый огонь в камине. Я ощущал крепкий запах красного вина в тонком бокале на столе рядом с ним, и аромат тлеющих яблоневых дров. Это разительным образом отличалось от мастерской убийцы из моего детства. Шпион, служивший династии Видящих, теперь стал уважаемым старшим советником короля. Иногда мне казалось, эта респектабельность ему скоро надоест. Но, похоже, он совершенно перестал уставать!

Еще не поздно, старина. Но я провел несколько часов, заполняя учетные книги Ивового леса, а завтра на рассвете я должен пойти на рынок в Приречные дубы, найти покупателей на шерсть.

Смешно. Что ты знаешь о шерсти и овцах? Отправь одного из своих пастухов.

Я не могу. Это моя задача, а не их. И на самом деле, я узнал много нового об овцах и шерсти, пока живу здесь.

Я осторожно отодвинулся от Молли, прежде чем выскользнул из-под одеял и нащупал ногой верхнюю одежду, лежавшую на полу. Я нашел ее, подцепил и натянул через голову. Бесшумно пересек темную комнату.

Даже если я не говорил вслух, не хотелось случайно разбудить Молли. В последнее время она плохо спала. Несколько раз я замечал, как она задумчиво улыбается, посматривая на меня. Что-то занимает ее мысли днем и беспокоит ночью. Мне очень хотелось узнать ее тайну, но я знал, что лучше на нее не давить. Когда она будет готова, сама все расскажет. Сегодня, по крайней мере, она спала крепко, и я был благодарен за это. Жизнь для Молли была сложнее, чем для меня: боль и недомогание возраста навалились на нее и все еще миновали меня.

Это несправедливо, подумал я, но, выскользнув из спальни, выбросил эту мысль из головы.

Слишком поздно.

Молли не хорошо?

Она не больна. Просто наши годы догоняют нас.

Казалось, Чейд удивился.

Ей не обязательно чувствовать боль. Наша группа будет рада помочь внести небольшое изменение в ее тело. Ничего серьезного, просто…

Ей не нравятся такого рода вмешательства, Чейд. Мы говорили об этом, и она все решила. Она стареет по своему собственному желанию.

Как хочешь.

Я почувствовал его осуждение.

Нет. Как хочет она.

Скилл действительно может избавить ее от мучений. Я сам сегодня проснулся без приступов боли, которые мучили меня вчера вечером. Ценой этих крошечных исцелений был мой неутолимый, как у грузчика, аппетит. Да и не цена это на самом-то деле.

Но вряд ли ты разбудил меня, чтобы поговорить о здоровье Молли. Как ты себя чувствуешь?

Довольно хорошо. Правда, тело все еще восстанавливается. Но, так как ваше лечение, кажется, распространилось и на множество других мелких недугов, я считаю, что это была хорошая сделка.

В темноте я прошел через обшитые деревянными панелями коридоры, и направился к необжитому Западному крылу. Когда дети разъехались, мы с Молли почувствовали, что главного дома нам и нашим редким гостям стало более чем достаточно. Западное крыло было старейшей частью дома, холодной зимой и прохладной летом. Так как мы закрыли большинство комнат, оно стало последним прибежищем для скрипучих стульев, шатких столов и всего остального, что Рэвел посчитал слишком изношенным для ежедневного использования, но слишком хорошим, чтобы вынести на свалку. Я вздрогнул и торопливо прошел по темному коридору. Я открыл узкую дверь и в темноте спустился на один пролет лестницы для слуг. В нижнем, гораздо более узком зале, я пошел, скользя пальцами по стене, и открыл дверь в мой личный кабинет.