На своем этаже я остановился. Кружилась голова. Прижался лбом к заградительной решетке. Надо перевести дыхание.

С высоты видны только крыши соседних домов. И двор, освещенный одиноким фонарем. Темные гробики припаркованных машин, темные колеи в рыхлом снегу. И пляшущий свет фар…

Автомобиль свернул во двор и остановился у подъезда. Хлопнули дверцы. Одна, другая, третья тень скользнули от машины к дому. Сверху люди похожи на жуков-скоробеев, катящих навозный шарик — собственную голову.

Я вздрогнул. Нет, не от холода. Я понял, что приехали за мной. Не важно, кто. Милиция или бандиты. Для меня сейчас нет особой разницы.

Целую вечность потерял, пытаясь попасть ключом в замочную скважину. Лифтом они воспользоваться не смогут, но подниматься будут наверняка быстрее меня. А я понятия не имел, где искать спрятанный пистолет. В дверь могли позвонить в любую минуту.

Оглядел комнату, пытаясь сфокусировать зрение. Что изменилось? Приоткрыта ли дверца шкафа, передвинут ли стул…

Дверь на балкон. Даже не сразу поверил в удачу. Я всегда закрываю на нижний шпингалет, чтобы Алене не надо было тянуться. А сейчас повернут верхний. Покачиваясь, выхожу на балкон. Таки есть — снаружи к перилам липкой лентой примотан пистолет ТТ.

Стою и несколько мгновений вдыхаю холодный воздух. Мне сейчас позарез нужен глоток холодного воздуха.

Заверещал дверной звонок. Перепрятывать оружие уже поздновсе равно найдут.

Иду открывать.

На пороге стоит тот самый патрульный, которого я посчитал за старшего. Но удивительное дело — он один, и никого из напарников.

— Я вас обязан впустить? — спрашиваю.

— Да, — он кивнул, слегка ткнул меня пятерней в грудь и пробормотал насчет придурков, из-за которых приходится подниматься пешком на двенадцатый этаж.

Прошел в комнату впереди меня. Вид у него был как у терьера, обнаружившего лисью нору.

— Поступил повторный вызов, — отрывисто сообщил он. — По известному тебе адресу. Но теперь уже был запах гари. Взломали дверь. Огонь потушили. Ерунда — кто-то скомкал несколько газет и поджег. Даже пожарных не пришлось ждать, так быстро мы приехали снова. И знаешь, обнаружили в этой квартире задушенную женщину. Но мне кажется, ты пока не собираетесь признаваться в содеянном.

Я подумал: почему светлоглазый так рисковал — возвращался на место преступления, устраивал пожар — и все только для того, чтобы свалить на меня убийство охранника?

— Сейчас там работает следственная бригада, — заметил патрульный. — Пробуют раскрыть по горячим следам.

— Что же им мешает?

— Они не знают, что мне известен подозреваемый, — он покачал головой. — Я еще не написал рапорт, в котором укажу, что во время первого выезда были проверены документы у некоего гражданина. Согласись, — он посмотрел на меня, — это прямо подарок тому, кто ведет следствие.

— Ну и что? — я хотел закурить, но сдерживался. За сигарету хватаются, когда начинают нервничать. — Тогда стоит арестовать всех прохожих, а также жильцов дома. Они тоже находились рядом с местом преступления.

— Но ведь документы проверили у тебя одного, — напомнил старшой.

— Почему бы тогда не сообщить прямо сейчас, что вы отловили предполагаемого убийцу. Наверняка, имеется рация.

— А я не хочу, чтобы убийство раскрыли по горячим следам, — он подмигнул. — Ты ведь будешь твердо стоять на своем — мол, ничего не знаю?

Я открыл рот, чтобы ответить, но он перебил:

— Ты что, не понял? Видишь, я один пришел.