— Но если они найдут пулю, разве нельзя будет сравнить ее с той, что была выпущена из ее револьвера? — живо поинтересовался Таун.

— Это «дум-дум»-то? — фыркнул Шейн. — Да еще из револьвера фактически без ствола, а значит, без нарезки? Никакая экспертиза не сможет что-либо установить.

— А ты полагаешь, что она лжет? — спросил Таун.

— Создается впечатление, что она узнала человека, подкараулившего их в аллее, выхватившего у нее из сумочки револьвер и пристрелившего Кокрейна, — и она покрывает его.

— Но тогда этим типом может быть только один человек на свете, — твердо заявил Таун. — Ланс Бейлис. А он замешан в крутые дела, Шейн. Вчера днем ко мне явился Нил Кокрейн и грозил выложить все Кармеле, если я не заплачу ему за молчание.

— И ты заплатил? — полюбопытствовал Шейн.

— Обещал заплатить. А что мне было делать? Кармела все еще любит этого типа. Не мог же я позволить еще раз причинить ей боль.

— Какое человеколюбие! — с иронией воскликнул Шейн. — Десять лет назад, когда Ланс был вполне приличным молодым человеком, ты разбил ей сердце, разлучив их.

— Она была еще слишком молода, чтобы понимать, чего хочет. Я не доверял этому парню. И, как видно, поделом. Ты сам теперь видишь. Во что превратилась бы ее жизнь, выйди она за нею тогда.

Шейн допил текилу. Поставив бокал на столик, он спросил Тауна:

— Как перевести на английский «Плата Азуль»?

Таун посмотрел на Шейна как на сумасшедшего.

— «Плата Азуль»? «Голубое серебро». Вернее даже «серебристая голубизна», но мексиканцы ставят прилагательное позади…

— Знаю, — нетерпеливо перебил его Шейн. — Тебе это что-то говорит?

— Есть такой рудник в Мексике, но я не понимаю…

— А как насчет сеньоры Телгукадо? — снова перебил его Шейн.

— Как насчет сеньоры?.. Что ты несешь, Шейн?

— Сам не знаю, — признался детектив. — Но надеюсь узнать. — Он резко повернулся и пошел к выходу.

— Подожди! — крикнул Таун. — Я хотел бы поговорить с тобой, Шейн. О Кармеле. Надо разыскать Ланса Бейлиса. Назови свою цену…

Шейн не останавливаясь шел к входной двери.

— Я назову свою цену, Таун, — не оглядываясь, бросил он через плечо. — И ты будешь чертовски рад ее оплатить. — Он вышел, закрыв за собой парадную дверь.

Сев в машину, он поехал на восток в обход деловой части города к шоссе, идущему вдоль берега Рио-Гранде к Биг Бенду и тщательно охраняемому серебряному руднику, который принес за последние десять лет целое состояние Джефферсону Тауну.

Глава 21

У перекрестка, где дорога от Марфа сворачивала на рудник Лоун-Стар, Майкл Шейн притормозил. Не доезжая мили до запертых ворот, недружелюбно встретивших его в прошлый раз, он поехал в противоположную сторону от перекрестка по той же дороге, охватывающей гору полукольцом. Заглушив мотор, он оставил свой купе с включенными фарами, освещающими дорогу вниз, по которой он приехал.