— Мистер Лидс? — раздался, наконец, низкий медлительный голос. — Ау, мистер Лидс…

Мэри на цыпочках подошла ко мне.

— Кто это, Джек?

— Ау, — хрипело в трубке. — Ау…

А затем дьявольский смех словно со дна бочки.

— Дай мне! — воскликнула Мэри и выхватила у меня трубку.

Через мгновенье она побледнела как полотно.

— Идите ко всем чертям! — истерически закричала она и бросила трубку.

— Это он, — прошептала Мэри. — Я узнала его голос.

7

Мы сразу же позвонили на телефонную станцию. Телефонистка сообщила, что вызов был местный. Увы, даже в этой глуши уже установлены телефоны-автоматы. И для кого только предназначаются подобные адские изобретения? Не иначе как для различных психов, шутников и бандитов.

Нам ничего не оставалось, как отправиться спать. Я запер все двери, а на первом этаже оставил включенным свет.

Даже лежа в постели мы продолжали прислушиваться к зловещей тишине, не слышно ли крадущихся шагов, шума подъезжающего автомобиля или лодочного мотора.

— Может это был голос Маннеринга? — спросил я Мэри.

— Нет, совершенно не похож.

— А может кого-нибудь из твоих новых знакомых?

— Тоже исключено.

Наверняка этот голос не принадлежал и улыбчивому Ральфу Эвансу. Что касается Бо, то при мне он открыл рот всего один раз, издав громкое «ура».

Я постоянно возвращался в мыслях к появлению в нашей бухте «Психеи». Говорил ли Ральф Эванс правду? Необходимо во что бы то ни стало связаться с Анной Уотербай и расспросить ее о племяннике и его приятеле. Я решил завтра же наведаться в Аннаполис.

А если…

Я осторожно выскользнул из-под одеяла и спустился. У Ральфа Эванса остался последний шанс. Я набрал номер телефона, полученный еще утром от телефонистки, по которому мне так и не ответили. Было два часа ночи. На этот раз трубку подняли. Ральф Эванс оказался сердитым пожилым мужчиной…

Мэри, услышав разговор, прибежала босиком из спальни и стала возле меня. Мне ничего не оставалось, как все ей рассказать.

— Боже мой, Джек! — возмутилась она. — Почему ты не рассказал мне обо всем раньше? Я, как идиотка, ношусь по всей округе, а в это время ты сам занимался такой историей! Значит все-таки «Психея».

Она принесла реестр и нашла описания, которые я уже знал наизусть.

— И вернуться на следующий день! Невероятно! Как ты думаешь, зачем они это сделали?

— Понятия не имею, дорогая.

— Очень странный и нелогичный поступок. — Мэри задумчиво сдвинула брови и закрыла реестр. Выходит, что Гай Маннеринг и братья Тайкс отпадают. Пожалуй, и остальные шесть яхт тоже можно исключить. Ты говорил о «Психее» лейтенанту?

— Нет. Я сомневался. Ведь они не сделали ничего плохого…

— Так ты говоришь, у Эванса высокий голос? Как жаль, что все произошло в мое отсутствие. И яхта у них голубого цвета?

— Да. Ярко-голубого. И каюта выглядела так, как ты описывала.

— А ты говорил с мисс Уотербай?

— Она не проживает в Аннаполисе, или же у нее нет телефона.

Кстати, Эванса тоже не оказалось в телефонной книге…

— А тебе не кажется, — испуганно прошептала Мэри, — что это ее могли убить? Вовсе не исключено. Она тетка Эванса… а Эвансу потребовались деньги, и чтобы получить наследство…

— Не гадай раньше времени, — улыбнулся я.