Он хмуро посмотрел на меня.

— Ну да, — пробормотал он. — Что-то я слишком разболтался.

— Я ведь тоже терпеть не могу собак, — принялся я уверять Эванса, но он понуро уставился в свою рюмку, постукивая кусочками льда.

— Может еще по одной? — предложил я. — Угощаю.

— Спасибо, не откажусь.

— Видно, что вы очень привязаны к своей тетушке, — заметил я, когда бармен снова наполнил наши рюмки.

— Я привязан к парусам, — выпалил он неожиданно. — Я люблю яхты. У тетушки их было несколько, и я на всех плавал. А сейчас все. Амба.

Он сделал большой глоток, лицо его помрачнело.

— Пусть мне кто-нибудь, ради бога, объяснит, где в Оклахоме можно плавать на яхте? Там же сухо, как в пустыне. Тетка сама мне об этом сказала. А она, вы уж мне поверьте, первоклассный яхтсмен. Стойкая и закаленная, не один ураган перенесла в открытом море. Однажды во время сильнейшей бури она спокойно сумела приготовить на кухне под палубой жареную индейку по всем правилам, с начинкой и приправами. И это в клетке размером не больше бельевого шкафа. Крепкая личность. А что теперь? Миссис Сильвер! Черт бы ее побрал.

Голос его задрожал.

— Откровенно говоря, я надеялся, что она подарит мне «Психею»! Ведь сколько я с ней намучился, сколько раз ее красил, чистил, ремонтировал, не говоря уже о приключениях, испытанных мной на этой яхте. Но нет, куда там. Проклятый ветеринар все тратит на лечебницу для собак. Для собак! Вы можете такое представить? Ну разве это справедливо?

Его история, не лишенная забавных черт, могла явиться отягчающим обстоятельством. Вот идеальный мотив для убийства, сказала бы Мэри. Разочарованный, одержимый любовью к морю племянник убивает тетку. Мысленно я уже видел заголовки в газетах. Но неужели Ральф действительно сумел зайти так далеко? В таком случае зачем он так открыто рассказывал мне о своих переживаниях?

Я решил вытянуть из него имя доктора Сильвера и его адрес в Оклахоме. И сделать это как можно быстрее, пока Эванс не опьянел окончательно.

Я стал активно поддакивать ему и уверять, что с ним действительно поступили несправедливо. Лечебницу для собак нельзя сравнивать с прекрасной яхтой, если только доктор Сильвер не задумал создать по-настоящему благотворительное заведение. Может, он собирается давать приют бездомным собакам?

— А кто он такой, этот доктор Сильвер? — поинтересовался я, в то время как Ральф исподлобья смотрел на меня. — Молодой тщеславный сопляк, прямо из училища или же опытный ветеринар? Моя мать однажды водила свою колли к известному ветеринару Реджинальду Сильверу. (Моя мать никогда в жизни не держала собак.)

— Нет, никакая он не знаменитость, — принялся объяснять Ральф. — Обыкновенный ветеринар, зовут его Ал. Можете себе представить, Джек, простой, заурядный ветеринар. Ему 54 года, ростом мне по плечо и постоянно ходит в жилете.

Это все, что мне удалось из него вытянуть. Эванс повернулся к бармену и стал интересоваться, что сегодня на обед. И больше не хотел возвращаться к этой теме. Разговор перешел на различные способы приготовления устриц. Я похлопал Ральфа по плечу и попрощался, оставляя его при четвертой или пятой порции виски.

Информация была скудной, но я остался удовлетворен.

Ветеринар Ал Сильвер… Оклахома — не слишком многолюдный штат. Крупных городов там немного, и в каждом есть телефонистки, дающие нужные справки.

В общем, я остался доволен собой. Узнал необходимые сведения, и это без шатания под дождем, с первой попытки, без усилий, совсем легко, может даже слишком легко. Однако, сказал я себе, судьба доброжелательна к тем, кто доброжелателен к другим.

Пройдя через огромный салон, я спустился по лестнице.