— У меня ощущение, что все это лишь шоу для развлечения богатеев, — вздохнул я.

— Хех. Как всегда зришь в корень, Виктор! — Винтерс фыркнул. — Но согласись, сегодня эти богатеи тебе здорово помогли.

Тут уж спорить было глупо. Старого маразматика из дисциплинарной комиссии неплохо освистали. И этого бы не произошло, не присутствуй здесь праздные аристократы, пришедшие лишь в поисках развлечений. Кстати об аристократах…

— Отец Фиделии высказался в мою пользу, — произнес я. — Это было довольно неожиданно.

— Как политик он не стал идти против мнения большинства, — пожал плечами Винтерс. — Тем более, его основная цель — бить по руководству Хардена, а не по тебе.

Я кивнул. Между мной и старой аристократией еще не произошло ничего такого, чтобы вражда стала необратимой. Поэтому, возможно, в будущем получится договориться. Но сначала мне надо было стать тем, с кем эти люди вообще сочтут нужным разговаривать.

«Пока я для них лишь мелкая заноза», — вздохнул я.

Мысли вернулись к суду. Одно мне казалось забавным больше всего. Последние дни я долго думал над тем, как же объяснить то, что я выжил. Однако такого вопроса мне так и не задали. Никто даже на мгновение не предположил, что я все же мог столкнуться с монстром, ведь выжить тогда я бы уже точно не смог.

Все считали, что Охотник по какой-то причине оставил преследование. Учитывая, что повадки тварей из аномалий частенько не поддавались логике, такая версия была вполне уместной.

— Блекторн и комиссия остались в суде, — произнес я. — Там будет что-то еще?

— Унылая юридическая часть, — отмахнулся Винтерс. — Нам нечего там делать.

Вместе мы сели в его энергомобиль.

— И что дальше? — спросил я. — Когда следующее слушание и какой будет приговор?

— Приговор? Тебе? Да успокойся ты, — вновь усмехнулся Винтерс. — Ты, парень, только набираешь обороты в популярности. Никто тебя по такой надуманной мелочи уже не тронет.

Его слова перекликались с тем, что я услышал от Джефферсона. В местной судебной системе общественный резонанс влиял на принятие решений. И если бы раньше я сказал, что это неправильно, то сейчас особенность пошла мне на пользу.

— Скорее всего, уже сегодня твое дело будет закрыто, и открыто новое — против Хардена, — произнес Винтерс. — Не знаю, чем это закончится, но ты в любом случае будешь неуязвим.

Его объяснение успокаивало. Ну, а остальное меня волновало мало. Блекторн мне был не другом, да и не особо союзником, чтобы беспокоиться о нем.

— Ладно, уроки я прогулял, — я начал рассуждать вслух. — И что теперь делать?

Винтерс, который уже успел завести движитель и тронуться с места, с усмешкой посмотрел на меня.

— Как что? — спросил он. — А разве повинность с тебя уже успел кто-то снять?

— Повинность? — я с удивлением посмотрел на Винтерса.

Дошло до меня, увы, не сразу. Ворох последних событий был столь ярок, что затмил такую мелочь, как вечерняя отработка в страже.

— Честно говоря, я думал, что из-за произошедшего с меня сняли эту повинность, — неловко улыбнулся я. — А что, снова в стражу?

— Конечно, а ты как думал? — фыркнул Винтерс. — На тебя был подписан официальный перевод. Это уже не фигня какая-то, чтоб просто отменить.