Сняв крышку, он показал нам кусок зеленой субстанции. Та была скользкой на вид и едва заметно светилась зеленым.

— Это, конечно, не так ценно, — произнес, будто оправдываясь, он. — Но зато вы хоть с чем-то останетесь. А мы как более опытные возьмем на себя добычу вашей находки.

— Да, — кивнул второй, стоявший рядом. — А то вы сами только все запорете.

Предложение было так себе. Даже на беглый взгляд предложенное нам «сокровище» не стоило и десятой части от нашего кристалла.

— Уверяю вас, ребята, я справлюсь, — пожал плечами я, еще испытывая ветхую надежду разойтись миром. — И если у вас на этом все, то мы вас не задерживаем.

Непрозрачный намек, что пора бы гостям валить, заставил их поморщиться. Старшаки вновь запереглядывались. На лицах двоих из них сквозила неуверенность. Все же не могли они просто взять и напасть. Я понял, что сейчас был переломный момент и если чуть надавить, вполне можно разойтись.

— Слушайте, я не люблю пользоваться привилегиями, но вы и сами знаете, что меня усиленно опекают, — произнес я. — Ну, нужны вам эти неприятности, если вы полезете на Двойку, за которого трясется Коннорс?

Мои слова попали в точку, усиливая их неуверенность. Несмотря ни на что, все здесь понимали, что перейти на грубую силу — это нечто недозволенное. Фактически, банальный грабеж. Так не поступают со своими.

Прошло еще несколько тягуче медленных секунд.

— Он прав, с этим Двойкой лучше не связываться, — наконец произнес второй парень. — Да и аристократка эта… «золотые» дети. Может ну его, Джойл?

Судя по лицу заводилы, тот, похоже, и сам уже понял, что лучше не лезть. Я выдохнул — ситуация все же разрешилась.

Но все изменилось в один миг.

— Вот-вот, — удовлетворенно произнесла Фиделия. — Знайте свое место.

— Заткнись! — быстро бросил я ей, но было уже поздно.

Одна фраза подействовала, словно спичка на пороховом складе. Успокоившиеся было второкурсники тут же вскинулись.

— Что ты сказала? — прошипел заводила. — Значит, мы тут второй сорт для вас, да, золотые детки?

В один миг все накалилось до предела. Оценивая лица второкурсников, я понял, что дело плохо. Ненависть из-за неравенства пропитывала местное общество. Фиделия наступила на самую больную мозоль.

Внезапно голос подала рыжая девушка.

— Вы зашли на красную зону и не имеете права здесь находиться, — произнесла она. — Уходите.

— Мы как старшекурсники проследим за этим, — тут же подхватил идею заводила. — И если надо, силой отправим вас в желтую зону… для вашей безопасности, конечно же.

Последняя фраза вызвала у второкурсников череду злых смешков. Эмоции, вызванные меткой фразой аристократки, уже возобладали. А теперь рыжая нашла и нормативную базу, развязывающую им руки. А значит, все было решено.

Всем было ясно, что это лишь повод отжать у нас артефакт. Разумеется, и им было ясно, что мы это осознаем. Поэтому они даже не пытались стереть выражения наглости с лиц. Я понял, что им осталось лишь еще немного накрутить себя, чтобы перейти к активным действиям.

«Учитывая, что мы отучились полгода, а они полтора, шансы у нас не очень», — заметил я про себя.

Ситуация откровенно была против нас, но от одной мысли отдать артефакт, который я уже считал своим, в голове вспыхнула ярость. Я что, отдам то, из-за чего рисковал? То, что мое? Да я скорее уничтожу это, чтобы не досталось никому!

Неожиданная вспышка затмила разум. Но она же и помогла найти верное решение.