Когда он перепутал? Андропополюс встал и, превозмогая боль в пояснице, протопал к использованному заклинанию. В ноздри мгновенно ударил резкий запах – более сильный, чем привычная ему вонь, царившая в каморке. Когда ему вообще понадобилось заклинание Добра?

Дайте‑ка подумать. АГА! От нахлынувшего возбуждения грек не заметил, как его рыжие волосы на затылке встали дыбом. С крючковатого носа закапало, а в висках заломило. Он вдруг с невероятной ясностью вспомнил события четырехдневной давности.

Тогда к нему пришел молодой человек и сказал, что…

***

Теперь Серж Зеленый только слушал.

Нет, золотые ему были нужны, и чем больше, тем, соответственно, лучше, но он вновь обрел ясность мышления, которая была до посещения леса, и теперь внимательно впитывал все, о чем говорили сидящие за его спиной аристократы.

Прежде всего он понял, что они не были аристократами! Просто волшебники, изменившие свой облик. Когда‑то давно бабушка рассказывала Сержу сказки на ночь – в них много чего волшебного творилось. Были там и превращения. А теперь сам Серж столкнулся с подобным. Он не понял, что вывело его из состояния тупого созерцания дороги. Наверное, упоминание о хозяйке – леди Коноваловой. Тон старика, говорившего о ней, не предвещал ничего хорошего. Наверняка oни задумали что‑то очень плохое по отношению к людям.

А может быть, они шпионы русичей? Серж аж вздрогнул от подобной мысли. Он не имел ничего против русичей, но когда ты находишься в городе, который они собираются захватить, стоит подумать и о своей жизни тоже…

Что же делать?!

Главное – продолжать изображать человека, подверженного их чарам. Тупого, с бессмысленным взором. Может, слюну пустить из уголка губ? Подумав, Серж Зеленый решил, что это будет чересчур. Да и сюртук у него единственный, зачем марать?

А еще нужно немедленно сообщить леди Коноваловой. Серж уважал свою хозяйку. Пускай леди была с некоторыми странностями, но… на то она и русская, чтоб гадать на кофейной гуще, варить пельмени и пропадать по вечерам на балах или еще где… Вдобавок если с леди что‑нибудь случится, то и Серж потеряет свой стабильный заработок, чего ему совсем не хотелось.

Надо только довезти волшебников до места, а там…

Серж ловко повернул, и телега приблизилась к воротам дворца немецкого посла Гиберта фон Клауссенца.

– Очень хорошо, – произнес пожилой аристократ (или кто там он есть), спрыгивая на землю и помогая дамам слезть, – ты отлично поработал, мой друг. Три золотых тебя устроят?

Серж невнятно промычал что‑то и часто‑часто затряс косматой головой.

– Держи!

Монетки перекочевали из ладони старика в ладонь Сержа, и он засунул их глубоко в потайной карман сюртука.

– Спасибо, ваша милость, всегда рад помочь, как же без помощи‑то ближним? Если что, заглядывайте еще, рады будем…

– Хорошо, хорошо… – Старик провел ладонью перед немигающим взором Сержа Зеленого. – Друг мой, через двадцать минут ты полностью забудешь обо всем, что видел и слышал с самого утра. Сейчас ты направишь свою повозку в лес, найдешь место, где бросил хворост, и будешь собирать его до тех пор, пока не наберешь нужное количество, затем поедешь домой, и будешь жить нормальной жизнью. Все ясно?

– Все ясно, – повторил Серж, – можно идти?

– Иди! – Старик и две дамы направились к воротам, где их поджидал подтянутый молодой страж, а Серж вернулся к телеге.

– Ага, как же, поеду я за хворостом, – пробормотал себе под нос Серж, разматывая поводья. – Тупица, хоть бы про золотые подумал.

Золотых хватило бы Сержу на новый дом, но его голову сейчас занимало другое.