Сколько Серж Зеленый себя ни помнил, он никогда такого не видывал!

Прямо из лесной чащи, куда даже опытные‑то лесники опасались забредать, ему навстречу вальяжно, неторопливо, горделиво вышли три аристократа. Хотя, нет. Аристократ был один – худощавый, длинный старичок, сжимавший в руках тросточку. Высоко задрав острый нос, он шагал впереди, брезгливо уворачиваясь от веток. Следом семенили две аристократочки. Одна молоденькая – лет эдак двадцати трех, не больше, а вторая постарше – сразу видно, что женщина замужняя, имеющая как минимум двоих детей.

Серж настолько удивился этому зрелищу, что даже выпустил из рук охапку хвороста, которую собирался связать и оттащить в повозку. Звук падающих веток привлек внимание старичка‑аристократа. Он замер, оглядывая из‑под густых бровей местность, и когда его взгляд уперся в Сержа, тот вздрогнул.

– Здорово, холоп! – громогласно произнес старик, тыкая в сторону Сержа тростью. Набалдашник ее тускло блестел золотом, отражая редкие лучики солнца. – Телега есть?

Из глаз аристократа вдруг полился мутноватый свет. Вокруг все сразу померкло, и сделалось прохладно. Серж почувствовал, как лицо его обдает холодной струей воздуха, часто‑часто заморгал и понял, что ему совершенно безразлично, откуда появились эти странные люди. Что тут такого, в конце концов? Ну, вышли прогуляться господа…

– Всегда в вашем распоряжении, – выпалил Серж, мало что соображая. – Мы – семья бедная, маемся от урожая до урожая, но вот телега‑то водится. Еще от батьки мово досталась. А моему батьке от его батьки, а от его батьки…

– Быстро ехать будем? – поинтересовалась дама, что постарше. Голос у нее был красивый, томный – как раз во вкусе Сержа. Он уставился в полную грудь аристократки и шумно сглотнул.

– Ох, как быстро! – захлебнулся Серж. – Лошадь молодая, ре‑езва‑ая!

«Иноземцы заблудились! – мелькнуло в его перепуганной черепушке. – Пошли, видать, за грибами да заблудились. А слуги ж их тогда где? Прозевали‑то хозяев! Ну, тадысь можно на этом и сколотить чевой‑нибудь. Авось монетка кака и перепадет…»

От мысли, что можно будет денег подзаработать, Сержа затрясло.

– Пойдемте, – он помахал рукой и, начисто забыв про хворост, пошел по одному ему ведомой тропинке.

Аристократы последовали за ним. Старичок натужно кашлял за спиной. Серж боялся и ликовал одновременно. Мысль о том, что странно все это как‑то, испарилась и больше не появлялась.

Серж думал о золоте.

***

Город встретил путников мрачно. Готовились к обороне, поскольку ожидали подхода русичей. Поговаривали, правда, что русичам дела никакого нет до маленького городишки Назарада, но сетовали на то, что русичи – народ горделивый, и уж если возьмутся турков уничтожать, так всех и перебьют.

Охрана перед воротами долго возилась с документами, подозрительно косилась на сэра Дуллитла и много раз переспрашивала о его причастности к Русско‑Украинскому Союзу. Сэр Дуллитл отвечал на вопросы прямо и незамедлительно, а также советовал обратиться к Гиберту фон Клауссенцу, немецкому послу при дворе турецкого князя. Сие возымело действие, и охрана, громыхая латами, пропустила англичан в город

Серж Зеленый вез путников молча. Находясь под воздействием простенького гипноза, он думал только о том, как бы быстрее найти дорогу к дворцу, где располагался немецкий посол.

Ехали по темным улочкам, которые вдруг все опустели. Даже базар был на удивление тихим и безлюдным. Несколько торгашей рискнули вытащить на продажу предметы первой необходимости, а с иными товарами никто даже и показываться не стал.