— Добре, — отозвался Вятшеслав. — Затея эта по нраву.

— Буду только рада, — растянула губы в счастливой улыбке Радмила.

Марибор не отрывал глаз от травницы, ожидал от неё ответа.

Зарислава, сглотнув сухость — язык онемел, только кивнуть смогла. Впрочем, и того было достаточно, чтобы Марибор выпустил её из плена своего стылого взгляда. Но от этого не стало легче травнице, и ощущала, будто Марибор возымел самое для неё дорогое — её свободу.

Мужи, захмелевшие от мёда, расшумелись, продолжая нанизывать мясо да распивать братину, переговариваться, смеяться, шутить. В оконцах совсем стемнело, и Зариславе нужно было поторопиться. Находиться под вниманием княжича, которого хмель так и не взял, не под силу стало.

Зарислава шепнула Радмиле:

— Пора мне. Наволод ждёт.

— Конечно, ступай. Пребран тебя проводит.

И посмотрев на опустевшее место рядом с собой, Радмила стиснула кулаки.

— Сбежал. Опять к Верне поди. Паскудник.

Зарислава, казалось, приросшая к лавке, сумела всё ж подняться со своего места.

— Так уж я теперь с тобой пойду. Негоже мне одной тут оставаться, — поднялась вслед за травницей и Радмила.

Проходя мимо Ведозара и широкой спины Вяшеслава, Зарислава старалась держаться рядом с княжной и не смотреть по сторонам. Благо никто их не остановил, позволили уйти. Да и кто остановит? Воины расшумелись, что будь здоров.

Выйдя за дверь трапезной, Зарислава, разойдясь с княжной, едва ли не бегом вернулась в клеть. Верны не оказалось. То и хорошо — не задержит челядинка с расспросами.

Зарислава стянула тяжёлый венец с головы, а за ним развязала пояс, вдыхая свободно. Жутко злило, что Марибор застал в очередной раз врасплох, в неподходящее время. Вместо того, чтобы копить силы, она вынуждена расточать их.

«Невесты…» — всё не выходило из головы его заявление, раззадоривая пуще.

— Решил в жёны брать, не посчитавшись со мной. Да на глазах у всех вздумал дразнить? Если так, такой наглости не потерплю.

Сложив убранство на лавку, Зарислава прошла к бадье — от сладкой медовухи страшно хотелось пить. Зачерпнув из полной кадки целый ковш воды, прильнула с жадностью. Ледяная водица свела зубы и горло, но Зарислава не отрывалась, силясь унять не то жажду, не то тревогу.

— Не пей так быстро, захвораешь.

Зарислава едва не подпрыгнула на месте, едва не вскрикнула. Вздрогнув от неожиданности, выронила из руки ковш, стылая вода мгновенно обожгла, окатив с подбородка до пояса. Ковш с гулом грохнулся на пол, расплёскивая остатки воды.

Потянулась было за ним, но её опередили. Ловкая мужская рука быстрее перехватила посудину. Марибор спокойно поставил тару на край стола и перевёл взгляд на травницу.

Зарислава недоумённо уставилась на него — не ожидала видеть в клети для прислуги. Как оказался здесь? Что же, за ней шёл по пятам? А она в спешке забыла затворить дверь.

— Не бойся, не укушу, — усмехнулся он, видя растерянность девушки. — Слышал, что проводить тебя нужно…

Зарислава промолчала. Тогда Марибор со вздохом продолжил:

— Вот и подумал, что одной до святилища далеко, да по темноте, нехорошо.

Ей и на это не нашлось, что ответить.

Марибор вновь улыбнулся, легонько, всего лишь краешком губ, но этого было достаточно, чтобы густо раскраснеться девице. Зарислава, ожидавшая увидеть в нём тень самодовольства, ошиблась на этот счёт. Оглянувшись на стену, он вскинул руку, сорвав с петли рушник, заботливо протянул ей белоснежное полотно, медленно опуская глаза сначала на её губы, потом на шею и ниже, на грудь.

Зарислава, проследив за его скользящим взглядом, опустила голову.