— То ты мною овладеешь, Эйдан.

Глава 15

Она видела, как потемнели его глаза, а ноздри расширились. Да, он желал ее — теперь в этом уже не могло быть сомнений.

Дрожащими руками Нора начала раздавать карты, но Эйдан, ухватив ее за запястье, пристально посмотрел на нее.

— Ты уверена, Нора? Скажи, ты действительно этого хочешь? Я буду проклинать себя всю жизнь, если ты принесешь свою девственность в жертву только из-за того, что в комнате напротив расположился Монтгомери. Нора, будь со мной откровенна. Скажи, ты в самом деле этого хочешь?

«Я ведь люблю его, — думала Нора. — Да, люблю, и это самое главное».

Судорожно сглотнув, она прошептала:

— Да, Эйдан…

И он тотчас же привлек ее к себе и впился поцелуем в ее губы. Потом чуть отстранился и, заглянув ей в глаза, проговорил:

— Если ты хочешь этого, Нора, то так и скажи. Скажи, дорогая, пожалуйста…

— Да, Эйдан, хочу. Хочу, чтобы ты взял меня. Хочу, чтобы у нас с тобой была настоящая брачная ночь.

Щеки ее пылали, а по телу пробегала дрожь. Она просила мужа, чтобы он взял ее, хотя прекрасно знала, что он не сможет ее полюбить. Но Нора чувствовала, что ее неудержимо влечет к этому мужчине, и ничего не могла с собой поделать.

Тут он снова заглянул ей в глаза.

— Сними сорочку, дорогая. Я должен тебя увидеть. Я хочу видеть тебя всю.

Нора молча кивнула и еще больше покраснела. Она сгорала от стыда, потому что считала себя некрасивой. Но все же она выполнила просьбу мужа — и тотчас же зажмурилась, так как боялась увидеть в глазах Эйдана разочарование.

— Нора, открой глаза, тебе нечего стыдиться. И знаешь, мне все еще не верится, что ты действительно хочешь… Я говорю так потому, что у меня уже была жена, с трудом выносившая мои ласки, и я очень боюсь, что история повторится.

— Эйдан, но я же уже все сказала!.. Поверь, я действительно этого хочу. Ведь ты… Своей улыбкой ты мог бы обольстить и ангелов на небесах.

Он тихо рассмеялся:

— Мне не нужны ангелы на небесах. Мне нужен лишь один ангел — тот, которого я сделал своей женой. Но должен предупредить: я собираюсь сделать так, миледи, чтобы вы забыли обо всем на свете, чтобы узнали, что значит принадлежать мужчине целиком и полностью. И чтобы уже никогда не смотрели на других мужчин.

— Но мне другой не нужен, я…

Тут он принялся ласкать ее груди, и из горла Норы вырвался стон. Когда же пальцы его прикоснулись к ее лону, она пронзительно вскрикнула и безотчетно потянулась к его ремню. Эйдан тотчас же отстранился и распустил ремень. Затем расстегнул бриджи и, взяв Нору за руку, пробормотал:

— Дорогая, ты хочешь прикоснуться ко мне, не так ли? Я тоже хочу этого. У тебя такие нежные, такие ласковые пальчики… Что ж, не бойся, моя милая, не бойся…

Собравшись с духом, Нора прикоснулась к возбужденной мужской плоти, и тотчас же из горла Эйдана вырвался хриплый стон. В следующее мгновение он чуть приподнялся и, стащив с себя бриджи, бросил их на пол. Когда он снова повернулся к Норе, уже ничто не скрывало от нее его великолепную наготу.

«Ведь это мой муж… — думала она, глядя на него как завороженная. — Этот восхитительный, неистовый, безрассудный мужчина с пронзительными зелеными глазами и дьявольской улыбкой будет приходить ко мне в постель, когда пожелает…»

Нора раскрыла объятия навстречу мужу, и он опустился на нее всей своей тяжестью. Она инстинктивно раздвинула ноги и прошептала:

— Эйдан, пожалуйста… О, прошу тебя, пожалуйста…

Глаза его вспыхнули зеленым пламенем, и он прохрипел:

— Скажи мне, Нора, ты потом не пожалеешь о том, что…

— О, Эйдан, я ведь уже все тебе сказала! Эйдан, пожалуйста… — Она судорожно сглотнула.