— Это касается Кассандры. Это очень важно. Пожалуйста, Эйдан.

Он выругался вполголоса и велел конюху удалиться. Когда дверь за ним закрылась, Эйдан снова повернулся к жене:

— Что ж, выкладывай. Только побыстрее, Нора.

— Вот. — Она протянула мужу записки.

Эйдан взял листки и вопросительно взглянул на жену.

— Первую я обнаружила в день своего прибытия в Раткеннон, — пояснила Нора. — А вторая лежала на туалетном столике в моей спальне, и я нашла ее только сейчас. Но, похоже, кто-то хотел, чтобы я прочитала ее до бала.

Эйдан направился к подсвечнику, стоявшему на столе, и прочел первую записку. Подняв глаза на Нору, он криво усмехнулся и проворчал:

— Выходит, что кто-то решил стать твоим ангелом-хранителем? Что ж, я не сомневался, что до тебя дойдут сплетни. Но я не мог предположить, что это случится в первый же день, в день твоего приезда. Неудивительно, что ты тогда выглядела чертовски испуганной.

Эйдан бросил первую записку на стол и стал читать вторую.

— О Боже… — пробормотал он, в растерянности глядя на жену. — Но кто же…

— Не знаю, Эйдан. Я никого у себя в комнате не видела. Ни в первый раз, ни сейчас.

Эйдан ненадолго задумался, потом сказал:

— Кто-то приходил в твои покои. И кто-то знал, что готовится похищение. Причем совершенно очевидно: этот человек — один из обитателей Раткеннона. Значит, надо непременно найти его и…

— Совсем не обязательно, что этот человек из замка, — возразила Нора. — Замок такой огромный… Кто-то мог забраться в окно или каким-нибудь другим способом. Но я не думаю, что у тех, кто подкинул записки, были дурные намерения. Похоже, они стремились меня предупредить.

— Предупредить о чем? Что ты собираешься выйти замуж за убийцу? Что мою дочь хотят похитить? Мерзавцы! Надо непременно их найти. Если они знали, что готовится преступление, то, вероятно, знают и многое другое.

В этот момент в дверь кабинета постучали, и тут же вошла Роуз с ведерком торфа для растопки камина. Увидев записки, она замерла на несколько мгновений и побледнела. Потом пробормотала:

— Ох, простите меня, сэр, я зайду чуть позже, чтобы…

— Останься, Роуз, — приказал Эйдан.

Горничная еще больше побледнела и кивнула:

— Слушаюсь, сэр.

Эйдан пристально взглянул на девушку и, протягивая ей листки, проговорил:

— Полагаю, ты никогда не видела эти записки?

Горничная в страхе попятилась и пробормотала:

— Н-нет, сэр. Зачем они мне? Я ведь не умею читать.

— Если так, то почему же ты побледнела? — Эйдан смотрел на служанку все так же пристально. — И почему у тебя дрожат руки?

Девушка поставила ведро на пол и спрятала руки под фартуком.

— Сэр, я…

— У тебя есть мать и пятеро младших братьев и сестер, которых нужно прокормить, не так ли, Роуз? Они живут в домике неподалеку от Холма ночных голосов, верно?

— Да, сэр.

Покосившись на Нору, Эйдан продолжал:

— И если бы тебя не наняли на службу в Раткеннон, то твоей семье пришлось бы несладко, так?

— О, сэр, я ничего не знаю.

— Роуз, я сделал себе состояние, читая, что написано на лицах игроков, сидящих за карточным столом. И я вижу, когда люди лгут. Немедленно расскажи мне правду, иначе тебя вышвырнут из замка, не заплатив ни шиллинга.

Губы девушки задрожали, а на глаза навернулись слезы.

— О, сэр, поверьте, я не хотела ничего плохого.