Изменить размер шрифта - +
Он шел, пошатываясь и спотыкаясь, и думал о том, что такого рода испытания были бы под стать более молодым людям, таким как Уайетт и Костон, но для него, пожилого человека, они смертельно опасны.

Джули приподнялась на локте, затем осторожно села, осматриваясь. Небо начинало светлеть. Росторна не было. К их выемке никто не подходил, и, возможно, у них все же был шанс остаться незамеченными. Она прошептала Эвменидесу:

– Я подползу к краю, посмотрю.

Банановые листья рядом зашевелились.

– Хорошо.

– Не оставляйте меня, – умоляющим голосом произнесла миссис Вормингтон, садясь, – пожалуйста, не уходите, я боюсь.

– Тсс... Я не ухожу далеко, всего несколько ярдов. Оставайтесь на месте и молчите.

Она подползла к кромке их убежища и нашла удобное место для наблюдения. В сером свете раннего утра она увидела движущихся людей, услышала приглушенные голоса. Ближайшая группа была всего в пятидесяти ярдах, несколько бесформенных фигур, лежавших вокруг остывающего костра.

Джули обернулась, чтобы посмотреть, как выглядит их убежище со стороны. Выкопанная земля была все же подозрительно свежей, но ее можно было прикрыть дополнительными банановыми листьями. Сами же окопы были незаметны, во всяком случае до тех пор, пока эта чертова женщина будет вести себя тихо.

Миссис Вормингтон сидела, поминутно нервно оглядываясь, и прижимала к груди свою сумочку. Затем она открыла ее, достала оттуда гребень и стала причесываться. Ей ничего не втолкуешь, подумала Джули в отчаянии. Она не хочет отказываться ни от одной из своих привычек. Причесывание волос по утрам, несомненно, похвальное занятие, но здесь оно могло означать смерть.

Джули была готова соскользнуть вниз и заставить эту женщину залезть в окопчик, даже если для этого придется затолкать ее туда, когда ее внимание привлекло движение на другой стороне выемки. К ней медленно подходил солдат, подняв руки вверх и потягиваясь после сна. На его шее висела винтовка. Джули замерла и перевела взгляд на миссис Вормингтон, которая смотрела на себя в маленькое зеркальце. Она отчетливо услышала возглас неодобрения, вырвавшийся из уст миссис Вормингтон при виде своей растрепанной головы.

Солдат тоже слышал его. Он снял винтовку, взял ее наперевес и начал спускаться в лощину. До миссис Вормингтон донеслось металлическое клацанье затвора, и она, обернувшись и увидев приближающегося солдата, вцепилась в свою сумочку и завизжала. Солдат в удивлении остановился, затем рот его растянулся в улыбке до ушей, и он, подняв винтовку, шагнул ближе.

Раздались три хлопка, гулко прозвучавшие в утреннем воздухе. Солдат крикнул что‑то, повернулся вокруг себя и упал прямо к ногам миссис Вормингтон, извиваясь, как пойманная рыба. На его гимнастерке разлилось пятно крови.

Эвменидес выскочил из своей норы, как чертик из шкатулки. Джули побежала вниз. Когда она оказалась на дне лощины, грек стоял, наклонившись над стонавшим солдатом и тупо смотрел на его окровавленную руку.

– В него стреляли, – сказал он.

– Он напал на меня! – кричала миссис Вормингтон. – Он собирался убить меня! – В ее руке был револьвер.

Джули была охвачена яростью и отчаянием. Надо было во что бы то ни стало заставить замолчать эту истеричку. Она размахнулась и изо всех сил ударила ее по щеке. Та резко замолчала, и револьвер выпал из ее пальцев. Эвменидес подхватил его, и его глаза расширились от изумления.

– Это мой, – выдохнул он.

Сзади раздался крик, и Джули резко обернулась. Трое солдат быстро спускались к ним. Первый из них увидел распростертую фигуру, револьвер в руке Эвменидеса и не стал терять времени. Он вскинул винтовку и выстрелил греку в живот.

Эвменидес застонал, согнулся вдвое и, прижав руки к животу, опустился на колени. Солдат еще раз поднял винтовку и вонзил штык в его спину. Эвменидес повалился набок, а солдат вновь и вновь колол его тело, пока оно не оказалось буквально залитым кровью.

Быстрый переход