По примеру своего деда его величество проводил Рождество в Кенсингтоне. Входя в зал, Фокс с облегчением отметил, что там не только очень мало гостей — всего человек тридцать, что делало еще более заметным внимание к Саре, — но также отсутствуют принцесса Августа и Бьют. По крайней мере, сегодня молодой монарх мог поступать так, как ему заблагорассудится.

Новый король отлично выглядел. Одетый в темный бархат, видимо, решив продлить траур лично для себя, Георг казался еще выше и стройнее; его голубые глаза и свежая кожа только выигрывали от сочетания с белым, перевязанным черным бантом париком. Он широко улыбнулся, обнажая свои крепкие и плотные зубы, завидев Сару Леннокс, которая опустилась перед ним в реверансе, в коем можно было усмотреть и уважение, и некую интимность.

— Он влюблен, — прошептал Фокс, сощурив глаза, — я готов прозакладывать за это собственную жизнь!

И действительно, когда начались танцы, король в знак уважения сначала повел одну из пожилых дам, почетную гостью, а уже на следующий танец пригласил Сару. На балу в тот вечер было немного гостей, но всем им довелось весь вечер наблюдать, как король склоняет голову к Саре и шепчет ей что-то — комплименты, судя по тому, как улыбалась и скромно опускала ресницы девушка. Около десяти часов его величество вместе со своей дамой покинул танцевальный зал и направился в комнату, где подавали чай, негус и другие напитки.

— Вы видите? — шепнул Фокс своей жене, нетерпеливо приплясывая на месте.

— Они всего лишь отправились освежиться.

— Да, но наедине, дорогая. Впервые за все время они остались наедине.

Фокс был прав — в комнате никого не оказалось, если не считать двух служанок, подающих чашки и бокалы.

— Позвольте поухаживать за вами, леди Сара, — попросил король, когда они сели рядом. Его глаза возбужденно блестели — несомненно, юношу радовала новизна ситуации.

— Не стоит утруждать себя, ваше величество…

— Ничто другое не доставит мне больше удовольствия, — настаивал король. — Не хотите ли чаю?

— Если позволите, лучше негуса. Ночь выдалась прохладной, а этот напиток хорошо согревает.

— Тогда и я присоединюсь к вам, — заявил король, быстро отводя глаза — ему не хотелось признаваться Саре в том, что мать до сих пор запрещает ему пить. — Я возьму два бокала.

Он поднялся, и Сара последовала его примеру — верхом невежливости было бы сидеть в присутствии стоящего монарха.

— Прошу вас, леди Сара, давайте будем друзьями и оставим эти церемонии! Пожалуйста, садитесь поудобнее, — попросил король, с нежностью глядя на девушку.

Он прошел через комнату за двумя бокалами негуса — горячего подслащенного пунша с пряностями, весьма приятного на вкус напитка. Сара смотрела ему вслед, пытаясь осознать тот факт, что сам король Англии отправился за негусом, оставив ее сидеть, подобно своей возлюбленной, позволяющей ухаживать за собой.

— Прошу вас, — сказал он, с поклоном подавая ей бокал. — А теперь давайте побеседуем.

— О чем вы хотели бы побеседовать, ваше величество?

— О вас, — прямо заявил король, закидывая одну на другую обтянутые шелковыми панталонами ноги.

— Обо мне?

— Да, о вас. Прежде всего, позвольте мне сказать: я очень рад, что вы не стали избавляться от своего ирландского выговора.