|
Карпов нанёс мне небольшой порез, зацепив плечо, я пару раз приложил его битой по спине, хотя и не сильно. Время от времени вылетали системные сообщения о полученном то мной, то Ильёй уроне, но я не обращал на них внимания.
Минут через десять я заметил, что соперник начал уставать. Это было логично, махать трёхкилограммовым мечом было труднее, чем килограммовой битой. Карпов однозначно устал. Он уже меньше двигался и наносил больше рубящих ударов, чем колющих. Размахивать мечом ему было легче, чем держать его на вытянутых руках.
При этом время от времени он пытался совершать и выпады. Во время одного из них Илья споткнулся за какую-то кочку и, в силу усталости, не удержал меч в воздухе, а с размаху вонзил его в землю. Я тут же бросился на него, замахнувшись битой, планируя ударить его по голове. Но Карпов успел-таки быстро поднять меч и прикрыл им верхнюю часть тела. Однако мне удалось, не сбавляя скорости, нагнуться и нырнуть к его ногам и изо всей силы, со всего моего широчайшего размаха, заехать ему по ногам. Так получилось, что удар пришёлся на правую ногу Карпова, прямо в коленную чашечку. Он вскрикнул и припал на одно колено. Тут же вспыхнула надпись:
ИЛЬЯ «ВИДБОР» КАРПОВ ПОЛУЧИЛ ПОВРЕЖДЕНИЕ СРЕДНЕЙ ТЯЖЕСТИ! УРОВЕНЬ ЕГО ЗДОРОВЬЯ ПОНИЗИЛСЯ НА 5 ПУНКТОВ. ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ ЗДОРОВЬЯ 83/100
На секунду возник соблазн сразу же попытаться добить противника. Но я перестраховался и после нырка я, не желая получить мечом по спине или в рёбра, перекатился в сторону, после чего отскочил на безопасное расстояние. Карпов поднялся, и по его лицу я понял, что ему больно. Причём больно по-настоящему. Похоже, первый раз за всё время поединка, я смог сделать действительно хороший удар. Чтобы проверить тяжесть нанесённой травмы, я обошёл Илью сбоку и сделал вид, что хочу броситься в атаку, тем самым вынуждая его сделать пару шагов. И Карпов их сделал, а я увидел, что он захромал. Это меня очень обрадовало и обнадёжило, теперь соперник был не только измотан, но и сильно ограничен в движении. Мне стало интересно, майор КСК уже сожалел, что отказался биться до первой крови, или в пылу поединка не думал об этом?
Я обходил раненого противника по кругу, заставляя его крутиться вокруг собственной оси.
– Колян, скажи! – крикнул я своему секунданту. – А ногами-руками бить можно?
– Да делай что хочешь. Главное, не убегай с места поединка. Не с графом же дерёшься, можно и с ноги заехать! Ни разу не слышал, чтобы за это штрафовали
Ответ друга меня устроил. Не то чтобы я собирался бить Карпова ногами, но мой вопрос явно мог сбить его с толку и заставить нервничать ещё сильнее, размышляя о выбранной мной тактике боя.
Я сделал ещё пару выпадов, но соперник неплохо защищался. Наступать он уже не хотел, но оборону держал отлично. Впрочем, мне некуда было спешить, я мог ещё хоть час прыгать вокруг противника, время работало на меня. У Карпова на лице уже вовсю сверкали капли пота, я же был ещё достаточно свеж.
С другой стороны, чем дольше мы прыгали по поляне, тем появлялось больше шансов, что я рано или поздно совершу какую-нибудь ошибку. Её мог совершить и Карпов, но мог и я. А мне не хотелось прыгать до ошибки, мне хотелось просто взять и победить, используя ситуацию. И я решил это дело не откладывать.
Сказано, а в моём случае, подумано – сделано! Оценив ещё раз силы Карпова, и убедившись, что ему очень больно ходить, я решился на хитрый и рискованный трюк. Раньше я его уже использовал несколько раз, но ситуации были другие, жизнь на кону не стояла. Но всё равно рискнуть стоило.
Взяв биту в одну руку и достаточно далеко отойдя от соперника, я дико заорал и резко бросился на него, словно намеревался с размаху раздробить его череп. Именно так Илья и прочитал мои намерения. Резкий мой рывок и истеричный крик заставили его забыть о всякой логике поединка, он просто инстинктивно выставил меч вперёд, справедливо полагая, что тот станет серьёзной преградой на моём пути. |