Тебе не нравится, когда тебя контролируют, — подумала я. Если верить файлу, Камилла во второй раз принимала участие в крупном турнире по покеру. В своём первом турнире она зашла довольно далеко, чтобы превзойти все ожидания, но не победила.

Я подумала о том, что Майкл говорил о выражениях лица. Для непосвященного человека она вовсе не выглядела так, словно что-то задумывает. Она выглядела милой.

Тебе нравится, когда тебя недооценивают. Я обдумала эту мысль, пролистывая две следующие папки и бегло просматривая информацию, собранную ФБР на доктора Дэниела де ля Круза (Напряженный) и предположительно большеглазого Бо Донована, хоть мне он показался скорее нахмуренным.

Де ля Круз оказался профессором прикладной математики. Как и говорил Майкл, он выглядел так, словно подходил как к покеру, так и к обучению с лазерным фокусом и ни с чем несравнимым напряжением. В отличие от него, Бо Донован был двадцатиоднолетним посудомойщиком, две недели назад принявшим участие в отборочном турнире здесь, в «Его Величестве». Он выиграл и заполучил место в грядущем чемпионате по покеру.

 — Может, разыграем по ролям? — спросила Лия. — Я буду актрисой. Дин может быть посудомойщиком из плохого района. Слоан — профессор математики, а Майкл — миллионер и плейбой.

 — Разумеется, — ответил Майкл.

Я взяла последнюю папку, ту, в которой речь шла о Тори Ховард, единственной из подозреваемых, кто не был игроком в покер.

Фокусница.

 — Мне скучно, очень скучно, — заявила Лия, когда стало понятно, что никто из нас не собирается последовать её предложению насчет ролевой игры. — И мне кажется, что все мы знаем, что это не к добру, — она встала, одной рукой разглаживая красное платье, а второй хватая DVD диски. — Может хоть на записях с камер наблюдения найдется что-нибудь интересное.

Лия засунула диск в ближайший плейер. Стоило записи появиться на экране, сидящая на полу Слоан подняла взгляд. На экране одновременно показывали записи с восьми камер. Слоан встала, её взгляд быстро задвигался от одной картинки к другой, проглатывая информацию, наблюдая за сотнями людей, некоторые из которых стояли на месте, а некоторые перемещались из зоны съемки одной камеры в другую.

 — Вот, — Слоан потянулась за пультом и поставила запись на паузу. Через несколько секунд я заметила то, что обнаружила Слоан.

Юджин Локхарт.

Он сидел за игровым автоматом. Слоан перемотала запись вперед. Я не сводила глаз с Юджина. Он не сдвинулся с места, продолжая играть на одном и том же автомате.

Но затем что-то изменилось. Он обернулся.

Слоан поставила запись на замедление. Я просмотрела записи с каждой из камер. Сначала размытое движение мелькнуло на одной из них, затем на другой.

Стрела.

Мы наблюдали за тем, как она впивается в грудь старика. Я не позволила себе отвести взгляд.

 — Угол входа, — пробормотала Слоан, — местоположение камер, — она перемотала запись и снова включила её.

 — Стоп, — внезапно произнес Майкл. Слоан не поставила запись на паузу, так что он сам взял в руки пульт и медленно отмотал её назад. — Не замечаете никого знакомого? — спросил он.

Я просмотрела кадры, заснятые разными камерами.

 — Верхний правый угол, — Дин заметил её первой. — Камилла Холт.

Следующие шесть часов мы провели, с головой зарывшись в улики. Слоан с Майклом снова и снова пересматривали видео. Мы с Дином дочитали последнее досье, а затем ещё раз пересмотрели каждый файл в поисках большего количества деталей. Мы нашли в сети всё, что только можно было найти на Камиллу Холт. Я одно за другим просмотрела все её интервью.

Она была актрисой-самоучкой, не выходившей из роли на протяжении всех съемок фильма.