Утром Соли никак не  желала  просыпаться.  Вар  осмотрел  ее  тело  и

обнаружил  у  коленки,  чуть  выше  голенища  сапога,  голубую   отметину.

Очевидно, девочку ужалило ядовитое насекомое, вроде мотылька, обитающего в

Гиблых  Землях.  Должно  быть,  на  ночь   они   расположились   рядом   с

радиоактивной зоной - достаточно далеко, чтобы этого не почувствовала  его

кожа. Если бы не вчерашний снегопад, Вар узнал бы радиоактивную пустыню по

виду. Вероятно, ночью ядовитое насекомое заползло в теплый спальный мешок,

а затем, потревоженное, ужалило Соли. И та впала в кому.

     Были ли в здешних местах целебные травы, Вар не  знал,  но  прекрасно

понимал, что искать их сейчас под толстым слоем снега  бессмысленно.  Соли

маленькая, совсем еще ребенок, и если насекомое выпустило  много  яда,  то

она будет спать, пока не умрет, если же  доза  невелика,  то  оправится  -

оказавшись, конечно, в теплом, сухом помещении.

     Буран кончился, но в любую минуту мог начаться снова. А ночью  станет

по-настоящему  холодно.  Оставаться  здесь  -  верная  смерть.  Необходимо

отнести Соли на теплую стоянку.

     Вар наскоро покидал вещи в заплечный мешок,  завернул  Соли  в  кусок

брезента, что служил верхом палатки, и, взвалив девочку на правое плечо, а

мешок с вещами - на левое, побрел назад. Снегу было по колено; иногда  Вар

по пояс проваливался в ямы, но не останавливался. Вскоре  руки  от  холода

потеряли чувствительность, а ноги болезненно заныли.

     Где-то через час он провалился  в  глубокую  впадину  и  уронил  Соли

наземь, а когда поднялся и подхватил девочку, едва не упал от острой  боли

в правой ноге. Похоже, то ли вывихнул  коленный  сустав,  то  ли  растянул

связки. Превозмогая боль, Вар зашагал  дальше,  но  вскоре,  не  выдержав,

остановился, снял сапог, растер распухшее колено снегом и  продолжал  путь

босиком.

     Дороги не было и в помине: солнце висело над  самым  горизонтом,  его

свет отражался от кристально  чистого  снега,  слепил  глаза  и  не  давал

сориентироваться. Не  обладай  Вар  врожденным  чувством  направления,  он

непременно сбился бы с пути.

     Незадолго до захода  солнца  он  выбрался  на  заледеневшую,  местами

занесенную снегом дорогу, а вскоре, достигнув теплой стоянки, -  последней

из тех, что они миновали на  своем  пути,  -  уложил  Соли  на  кровать  и

заботливо укрыл одеялами.

     Дышала Соли прерывисто, но ни жара, ни лихорадки у нее, к счастью, не

было. В Варе затеплилась надежда. Возможно, она все-таки выживет.

     Он сел на кровать у  ног  девочки  и  осмотрел  свое  колено.  Ничего

серьезного, обычное растяжение, а болит потому, что  он  проделал  длинный

путь, да еще с такой ношей. Но теперь, отдохнув...

     Его чуткий слух уловил снаружи какие-то звуки, и он насторожился.

     Шаги! Легкие, быстрые, решительные. По проложенной чокнутыми дороге с

юга приближался путник, который  собирался,  очевидно,  провести  ночь  на

стоянке.