А если до завтра не дотяну?..

Если не дотяну до завтра, умру каким-то образом во сне, не приходя в сознание?.. Меня затрясло еще больше.

И не было человека на свете, которому я той ночью захотел бы позвонить. Я бы позвонил маме, если бы она была жива и жила отдельно от меня.

Больше никому.

4

Врачи, — интересные ребята. Эта такая категория людей, которых интересуют твои бабки. Пожалуй, больше ничего. Дорогу к ним они избрали самую благородную, — заботу о твоем здоровье.

Пока деньги у меня были, они обо мне пеклись. Сдавал анализы, прошел рентген и флюорографию, обследовался на куче всяких томографов, — и все время беседовал с вежливыми людьми в белых халатах.

Как заботливо, как милосердно смотрели на меня их глаза. Они, казалось, готовы были не спать и не есть, лишь бы только хоть как-нибудь помочь мне.

От летнего приключения у меня оставалось больше тысячи долларов. За месяц их не стало… Вот, пожалуй, главный результат их заботы.

Когда же я, было, попытался поговорить с очередным из них в кредит, — до зарплаты оставалось четыре дня, тогда бы я расплатился, — милосердие в его взоре сменилось на такую откровенную скуку, что мне, несмотря даже на мое тогдашнее состояние, объяснять больше ничего не потребовалось.

Так что, продолжать заботится о своем здоровье должным образом я был уже не в состоянии. Финансовом… Но все-таки потратил дармовые деньги не напрасно, — я много узнал о себе нового.

Прежде всего, выяснилось, — я совершенно здоров. Как сказал один профессор, к которому я попал на прием, — или доцент, уже не помню: на вас, молодой человек, нужно пахать и пахать, чем больше, тем лучше будет для вашего здоровья.

Пожалуй, это был единственный медик, который сказал мне правду. Я тогда не поверил ему. Потому что, другие, в ответ на мои жалобы, говорили: «да, вы наш больной»… Я внимал им, облаченным в белые халаты, со слепым доверием…

Я узнал свою группу крови: Вторая — А, резус — положительный… Узнал все про свою мочу, чего там и сколько. Узнал, какая кислота в моем желудке, и видел на экране томографа, как бьется мое сердце. Выяснилось, камней в почках у меня нет, кислотность — нормальная, сахар — в идеале, пульс — в норме, давление — всем бы такого, железы внутренней секреции функционируют без патологии, биотоки головного мозга в пределах допустимого, зрение без дефектов, слух хороший, — и все остальное, что понапихано в человеке, тоже без явных признаков вырождения.

Был третий раз…

На этот раз дома, на кухне, — когда я готовил «зеленый» салат. Из молодой капусты, укропа и чеснока.

Я все это тонко резал, потом полагалось полить изделие маслом, посолить, перемешать как следует, — и объедение готово к употреблению. Я называл это: «салат первомайский», поскольку витаминов в нем было завались и больше…

На этот раз я почувствовал приближение. За несколько секунд до того, как все случилось, мне стало словно бы не по себе.

Только что колдовал над салатом, вдруг что-то случилось в мире, или во мне самом, — что-то произошло, что-то стало не так.

Я отвлекся от блюда, желая понять, что это такое переменилось, — но времени на мыслительный процесс уже не оставалось. Я сполз со стула, — словно со стороны видя, как сползаю с него на пол…

Опять — тьма… Тьма лишает эмоций, во тьме невозможно бояться, и безразлично, какое впечатление ты можешь на кого-то произвести… Там и нет никого… Или это не так?..

Во тьме тебя нет, — но там есть какая-то протяженность. Не время, другая какая-то протяженность, выше времени, более правильная, — поскольку время, всего лишь декорация, всего лишь подражание той, истинной протяженности, которая бывает во тьме.