Тамара попыталась поставить себя на место химика. Запасов солярита, которыми располагала Бесподобная, при обычном сжигании едва бы хватило даже на полную остановку горы, не говоря уж о том, чтобы вернуть домой их потомков. Этот тревожный факт она осознавала с самого детства, но если человек сделал решение проблемы топлива своим призванием, то какой интерес могли для него представлять пустяковые трудности астрономов? Ортогональное скопление и окружавший его мусор были всего лишь препятствиями, которых следовало избегать и, хотя сбор статистики о распределении опасных объектов не был пустой тратой времени, для обнаружения лобового столкновения вполне можно было обойтись и без инфракрасных шлейфов.

С другой стороны, любому химику наверняка было как минимум любопытно узнать, как именно дождь ортогональной пыли, которая прилипала к поверхности Бесподобной, угрожал воспламенить всю гору до того, как она была приведена во вращение. Тамару занимал вопрос, сможет ли она заинтересовать их тем, что знание размера кратеров на поверхности Объекта могло пролить свет на эту таинственную реакцию. Проблема заключалась в том, что любой неортогональный камень, ударивший по Объекту, перед ударом двигался бы с такой огромной скоростью, что результатом столкновения, скорее всего, стал бы не кратер, а всепоглощающий огненный шар. В этой области пространства-времени сама Бесподобная почти наверняка была единственным неортогональным телом, более или менее сравнявшимся по скорости с ортогональной материей – и если неспешной встрече двух видов материи предстояло повториться в будущем, Бесподобной снова придется сыграть в ней свою роль.

Взглянув на своих друзей, Тамара поняла, насколько была слепа. Роберто был прав, отказываясь признать старый метод, состоявший из наполовину бесполезных наблюдений; и Ада справедливо настаивала на том, что более совершенные методы могут оказаться совсем рядом – только руку протяни. Но до этого момент и они, и сама Тамара вели себя чересчур застенчиво.

– А почему бы нам самим туда не слетать? – предложила Тамара.

Роберто моргнул.

– Что?

Ада восторженно защебетала.

– Ты имеешь в виду запустить двигатели и …?

– Нет, нет! – прервала ее Тамара. – Бесподобная слишком большая и неповоротливая, да и неразумно тратить впустую столько горючего. Нам стоит построить ракету поменьше, специально для этого путешествия – аппарат, на котором мы смогли бы приблизиться к Объекту, насколько нам хватит смелости. Затем мы сможем произвести все измерения и наблюдения, какие только пожелаем… провести наши собственные эксперименты, может быть, даже взять с собой кое-какие образцы.

Ада подняла свой экземпляр руководства для навигатора, посмотрев на него в новом, едва ли не благоговейном, свете. Изучая те же самые конспекты, Тамара предполагала, что пригодятся они ей только для того, чтобы передать теорию следующему поколению, не дав знаниям затеряться в прошлом, пока обитатели ракеты дожидаются бесконечно далекого будущего, в котором, наконец-то, смогут вернуться домой.

Ошеломление на лице Роберто сменилось выражением чистого восторга.

– Если даже малейшая крупинка ортогональной породы действует как пассивитовый либератор, – произнес он, – кто знает, как подействует на наше топливо тот же материал, если его взять в большем объеме?

– Думаю, наши химики проявят интерес, если мы попросим их помочь с поиском ответа на этот вопрос, – сказала Тамара.

Глава 3

Карла открыла клапан наверху лампы, позволив струйке либератора коснуться солярита. Первым делом в ответ на внезапные звуки шипения и ослепительно яркую вспышку света она быстро переместила руку к гасящему рычагу, который должен был засыпать пламя песком.