— Мне жаль это слышать.

— Мне жаль это говорить.

— Может быть, нам стоит скрестить клинки прямо сейчас? — предложил Магистр. — Чтобы не было между нами больше никаких недоговоренностей, чтобы прояснить наши отношения раз и навсегда? Как тебе такое? Призрак Ночи против Отца Всех Мечей?

— Не стоит, — сказал Кевин. — У нас есть еще незаконченное дело. И не одно.

— Как мы можем работать вместе, если ты мне не доверяешь?

— В этом вопросе я тебе доверяю, — сказал Кевин. — Потому что ты бьешься за Систему, которая является для тебя наивысшей ценностью.

— Мне жаль…

— Не надо, — попросил Кевин. — Мы взрослые люди, даже больше, чем просто взрослые, и можем обойтись без этих церемоний. Я тебя уважаю, я доверяю некоторым твоим суждениям, и мы вполне можем довести дело до конца. А потом все станет, как раньше. Насколько это вообще возможно.

— Ладно, — сказал Магистр. — Пусть будет так.

— А теперь нам надо идти, — сказал Кевин. — Гарри, по-моему, уже всех убил, и если мы не поторопимся, то за ним прилетит вертолет и нам придется тащиться за ним в Англию. Или куда он там еще может отправиться.

Глава 18

— А если нет? — спросил я.

— Тогда я прострелю тебе колено, — пообещал старикан, похлопав ладонью по полированному дереву старорежимной кобуры. — И ты больше никогда не сможешь пойти по дороге приключений.

— Вот так прямо и прострелите? — удивился я. — На улице, средь бела дня?

— Вот так прямо и прострелю, ек-макарек, — подтвердил он. — Потом мы тебя, конечно, перевяжем, чтобы ты от кровотечения не помер, и отвезем, куда следует. Надо же разобраться, что ты за птица, и откуда такой красивый нарисовался.

— Думаете, я английский шпион?

— Вряд ли английский, — сказал он. — Мы одного английского шпиона на той неделе расстреляли, так что следующий только через месяц должен объявиться.

Лицо старикана казалось мне смутно знакомым, но я не мог вспомнить, где и при каких обстоятельствах я его видел. Моя прошлая жизнь на Земле казалась слишком далекой, словно и не со мной это было.

— У вас какой-то четкий график, что ли? — удивился я.

— Это у них график, — сказал старикан. — Ни месяца без факапа, ек-макарек. А мы просто работаем. За каждых пять шпионов — квартальная премия.

— Хорошая прибавка к пенсии, — сказал я.

— Покой нам только снится, — согласился он. — Так что, сядешь в машину или мне уже стрелять?

В принципе, я мог бы сесть в машину, в конце концов, дед был представителем власти, а мне все равно пришлось бы идти с ними на контакт, чтобы донести информацию до президента. Но я спросил себя, а что бы на моем месте сделал физрук.

И получил вполне однозначный ответ.

— Да и стреляй, — сказал я. — Посмотрим, не дрогнет ли рука.

Чапай бы так просто не прогнулся.

— Планы меняются, — сказал старикан. — Стас, помни шпиона немного, чтобы он посговорчивее стал.

— Угу, — ответили откуда-то из недр машины.

Водительская дверь открылась и на солнечный свет вылез бугай.

Типичный такой бугай, здоровенный, коротко стриженный, мускулатура такая, что рубашка вот-вот порвется.