— Разумеется, — сказал я. — Они заплатят.

— Кем бы они ни были, — согласился со мной президент. — А ты вообще зачем здесь, Федор?

— Что ты помнишь?

— Сложно сказать. Что-то помню, что-то не помню…

— Ромашка какая-то, ек-макарек.

— Я помню, что наша Земля — это часть чего-то большего, — сказал Виталик. — Древнего, безразличного и безжалостного механизма, что перемалывает разумных, приводя разные цивилизации к единому знаменателю. Вот такая вот ромашка.

— Все так, — подтвердил я. — И, судя по тому, что ты тут сделал в последние годы, у тебя все еще есть доступ к консоли разработчика. Потому что я не верю, что ты мог сделать вот это вот все естественным путем.

— Есть, — подтвердил Виталик. — И, разумеется, я считерил. А кто бы не считерил в игре с такими ставками?

Что ж, вот и хорошие новости.

Главное он помнил, а с остальным можно было работать. Контакт мне удалось наладить неожиданно быстро, я на такую скорость даже не рассчитывал, так что у нас есть еще несколько лет в запасе, и за это время мы с ним точно разберемся и с причинами и с последствиями.

И успеем составить план дальнейших действий.

— Главная проблема не в том, что происходит апокалипсис, — сказал я. — А в том, что он происходит снова и снова. Это цикл, и если мы его не прервем, то из-за нашей Земли вся Система накроется медным тазом.

— Систему не жалко, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Людей жалко. И нелюдей тоже. Что с ними будет?

— Ничего не будет, — сказал я. — Вообще ничего.

— Это печально, — сказал Виталик. — Миллиарды разумных, да?

— Да, — сказал я. — Но у нас есть время, чтобы все исправить…

Зря я, наверное, это сказал. Впрочем, даже если бы я этого не сказал, вряд ли бы что-то изменилось.

Глаза Виталика и деда Егора остекленели. Это двое словно прислушивались к звучащему внутри головы голосу.

Голосу, который я не слышал.

Потому что я больше не местный.

— Сильные возвысятся, слабые падут, — повторил Виталик знакомые до боли слова. — Это ты все устроил, Сумкин?

— Нет, — сказал я.

Просто так совпало.

— Ты возник у нас вчера, — сказал Виталик. — И сегодня, меньше чем через сутки после твоего появления, стартовала эта ваша игра. Совпадение? Не думаю.

— На самом деле, это все устроил ты, — сказал я. — Ты написал программу для первого отката, и ты ввел туда условие, которое запускает цикл. Но этого ты. разумеется, не помнишь, потому что такая ромашка очень удобна для снятия с себя всяческой ответственности.

— Я не бегу от ответственности, Федор, — сказал Виталик. — И если это действительно сделал я, то я все вспомню. И все исправлю.

Не думаю, что даже он мог бы исправить вообще все. Пусть Земля какое-то оставалась стабильной, из-за этих циклов в самой Системе народу полегло уже немеряно. Кто-то в припадке молодецкой удали необдуманно влез на Землю, к кому-то пришли уже сами земляне в поисках прокачки и ценного лута…

Глаза Виталика снова остекленели, но на это раз все кончилось гораздо быстрее.

— Вторжение, — сказал он. — Гарри Борден достиг сотого уровня, и Земля открыта для игроков из других системных миров.

Нет, не просто так все совпало.