– Мы не можем отплыть, пока не уляжется шторм, – сказал с сожалением Лам Тан, один из домашней прислуги сопровождавший ее на пристань. – Пусть мисси отправится завтра утром.

«Нет! – хотелось крикнуть Чине. – Ты перевезешь меня сейчас, и черт с ней, с погодой!» Но она знала, что муссонные дожди и бури – весьма опасные противники для такого маленького кораблика, как «Темпус». Ее отец попробовал однажды сразиться с ними, находясь на борту «Доброй надежды», и кончил тем, что расстался с жизнью. И все же, возможно, найдется хоть какой-то способ послать весточку Нэппи?

– Лам Тан, я должна отправиться сразу же, как только прекратится шторм. Ты можешь пока подготовить «Темпус»? А я подожду в сторожке.

Молодой малаец поклонился с бесстрастным лицом.

Он служил еще лодочником при Рэйсе Уоррике и достаточно хорошо был знаком с нетерпеливым нравом своего хозяина, чтобы не распознать то же свойство в проявившей настойчивость его дочери. Завернувшись в плащ, он прыгнул в привязанное к пристани суденышко, уверенный, что как только волнение и ветер улягутся, упрямая мисс Уоррик захочет отправиться в путь.

Сидя в сторожке, Чина слушала протяжную и заунывную песню в исполнении ветра. Начавшийся наконец ливень забарабанил по тонкой крыше с такой силой, что заглушил даже раскаты грома и грохот прибоя. В квадратное окно видны были вспышки молний, освещавшие отдельными участками вспенившуюся поверхность моря.

Не в силах сдержать нетерпение, девушка начала шагать взад-вперед по влажному деревянному полу, проклиная и погоду, и вызванную ею такую нежелательную задержку.

Она не должна думать о том, что, возможно, и ошибается, полагая, будто Этан сбежал на лорче. Но, с другой стороны, разве не видела она своими глазами, как на него напали возле • поручня полдюжины китайцев?

Измученная сомнениями, Чина постаралась избавиться от них упрямым взмахом головы. И снова послышались неустанные шаги по неровному полу ее маленьких, обутых в ботинки ног.

Конечно же, Этан сбежал со «Звезды лотоса» на борту пиратской лорчи. Думать по-другому было бы просто глупо, и Чина, естественно, начала строить различные предположения и догадки, согласно которым ему пришлось по тем или иным причинам взорвать боеприпасы, после чего, воспользовавшись поднявшейся суматохой, он сумел скрыться. В то же время некий голос нашептывал ей упрямо: почему же Этан не направился прямо на «Орион», а оказался на борту лорчи? Прошло больше недели с тех пор, как затонула «Звезда лотоса», – достаточное время, чтобы вернуться назад.

«Нет, нет, нет!» – злилась Чина на саму себя и затыкала уши как будто для того, чтобы не слышать собственных мыслей.

Она подбежала к окну и снова выглянула наружу, однако в этот момент ярко вспыхнувшая молния погасла, и в наступившей вслед затем кромешной тьме уже ничего нельзя было разглядеть. Девушка понимала, что попытка переправиться в такую погоду через пролив будет выглядеть сущим безумием и что Лам Тан, хоть и был слугой исполнительным, наотрез откажется выходить в море, пока оно не успокоится. Рассчитывать лишь на себя она также не могла, поскольку прекрасно знала, что в такой шторм ей не справиться с лодкой.

Когда Чина отвернулась от окна, раздался мощный удар грома, и в то же мгновение маленькая сторожка вздрогнула и покачнулась. Странный звон в ушах заставил девушку кинуться к двери. Но стоило ей только схватиться за ручку, как ее едва не сбил с ног вбежавший внутрь Лам Тан, вместе с которым в помещение ворвались шквальный ветер с дождем.

– Мисси! Мисси! – позвал он.