– Мари Элен здесь. Она привезла с собой Катю. На красивом лице Алекса появилась неприязненная гримаса.

– Представляю, как ты обрадовался ее появлению! Наверное, тебе следует узнать последние сплетни о твоей жене.

Николас снова отхлебнул водки и почувствовал, как горячая волна разлилась внутри.

– Я не обращаю внимания на сплетни. И тебе не советую.

– Обычно мне тоже безразлично злословие. Но на сей раз это важно, Ники.

– О чем же говорят теперь?

– Говорят, что отец ребенка, которого она носит, – Воронский.

Николас с деланным равнодушием поднялся и поставил стопку на стол.

– Ты не стал бы передавать мне эту сплетню, если бы сам не верил ей.

– Ты слишком снисходителен к жене.

– У нее много проблем.

– Но каков Воронский? Наш кузен и наш друг? Может, у него тоже проблемы? И они оправдывают его предательство по отношению к тебе? – возмущенно воскликнул Алекс.

Николас молчал. Ему вспомнилось детство в Санкт Петербурге, когда он, брат и кузен были неразлучны. Хотя Саша Воронский знал, что у Николаса с Мари Элен нет ничего общего, кроме имени и дочери, его поступок, если подтвердятся слухи, настоящее предательство. Николаса охватил гнев.

– Почему бы не спросить у нее? – язвительно заметил Алекс. – Она, конечно, пустит в ход свои обычные уловки, мило расплачется, будет все отрицать и уверять, что любит

Только тебя,

– Я спрошу у Саши, – сдержанно сказал Николас.

– А что потом?

– Отошлю жену в Тверь на всю зиму. И на весну. И на следующее лето.

– Неплохая мысль. – Алекс встал с дивана. – Я знаю, что Катя любит ее, но твоя жена опасна. Лично мне кажется, что она выбрала Воронского намеренно, поскольку понимала, что, если ты узнаешь, это причинит тебе боль.

– По твоему, я расстроен? – холодно осведомился Николас. – Нет, я зол. Мари Элен вольна выбирать кого угодно себе в любовники, но только не из числа моих друзей и родственников.

– Она хочет причинить тебе боль, Ники. Я вижу это по ее глазам. Отошли ее лучше в Сибирь. Тверь слишком близко от Москвы. И пусть она живет там, пока не станет седой старухой.

– Алекс, я ценю твою заботу, но у тебя нет детей и ты кое чего не понимаешь. Катя обожает мать. Что бы не причинять страданий Кате, я не наказываю Мари Элен… Ведь на самом деле она и сама не более чем эгоистичный, своенравный ребенок.

– Слава Богу, что царю не пришло в голову женить и меня! – воскликнул Алекс, направляясь к буфету, чтобы снова наполнить свою стопку. – Если я когда нибудь решусь на такой шаг, то хочу быть уверенным в том, что всегда смогу развестись и за это меня не сошлют в Сибирь и не подвергнут пыткам. Да, развод – это выход.

– Спасибо, что напомнил о выходе, – сказал Николас. На самом деле он никогда не думал о разводе, да и зачем бы? Брак не ограничивал его личную свободу и был таким же, как и большинство других браков. В политическом же отношении этот брак устраивал всех, в том числе и самого Николаса. В отличие от многих мужчин Николас не жаждал иметь сына, считая своей наследницей Катю. Он вздохнул. – Прошлой ночью у жены случился выкидыш, и сама она чуть не умерла.

Алекс смутился.

– Прости, что я тут так разболтался.

– Не извиняйся. Ты всегда презирал Мари Элен, и на твоем месте я, наверное, относился бы к ней так же. – Николас украдкой взглянул на брата. – Она потеряла много крови, но, видимо, будет жить. Слава Богу, – добавил он, думая не о Мари Элен, а о Кате.

– Жаль, – отозвался Алекс.

– Я беспокоюсь о Кате, Алекс, – признался Николас, расхаживая по комнате.