— Ты так уверенно об этом говоришь, будто проверил на собственном опыте, — озадаченная неожиданной поддержкой, пробормотала я. И только потом сообразила, насколько бестактно и даже почти грубо это прозвучало. — Извини, я не хотела…

— Всё нормально. Да, частично это — личный опыт, частично — наблюдения. Я бы, может, рассказал пару душещипательных историй, но сейчас не самое подходящее время и место, — хмыкнул Менгерель в ответ. — Но ты здорово меня разочаруешь, если продолжишь заниматься самоедством из‑за такой ерунды. Оно того не стоит.

— Спасибо, — ещё более озадаченно, но от того — не менее искренне проговорила я. Демон не ответил, и вновь повисла тишина.

Некоторое время мы продолжали идти вдоль ручья, а потом пути разошлись: он продолжил бежать привычным маршрутом, а мы по лестнице поднялись на уровень выше. Здесь начались более просторные коридоры, местами даже вполне целые, кое — где даже сохранилось тусклое освещение. Постоянно попадались какие‑то закрытые или открытые двери, которые мы миновали не снижая скорости и не проявляя любопытства. Если предположить, что причиной заброшенности этих уровней действительно является какая‑то радиационная авария, то, видимо, мы крысиными норами преодолели "зону отчуждения" и пробрались в собственно покинутые жилые — или, по меньшей мере, производственные, — сектора.

Здесь наше перемещение заметно ускорилось. Я хотела, было, предложить поставить меня на ноги, но в итоге усталость, призвав на помощь несколько весомых логичных аргументов, победила. Демон особенно уставшим не выглядел, и двигался вперёд лёгкой трусцой, явно безразличный к дополнительному грузу. При всём проявленном мужчиной благородстве, я здорово сомневалась, что он продолжил бы меня нести, если бы ему действительно было тяжело. Ну и, кроме того, я бы совершенно точно не смогла на своих двоих поддерживать заданный темп.

— Гер, а у меня вот ещё какой вопрос возник, — пробормотала я через некоторое время. — Если ты говоришь, что влияли на меня непосредственно во время убийства, то почему предполагал наличие "программы"? Как ты определил, что её не вложили раньше? И почему, если действительно хотели подставить меня, их не смутило присутствие свидетеля в твоём лице?

— Ну, тут всё просто, — отмахнулся он. — Про программу я просто пошутил. Раньше взлом привязки кьяри заметил бы сам Санс. Что касается моего присутствия… Меня не замечают никакие следящие чары, с их точки зрения меня просто не существует.

— Почему? Тоже какое‑то сильное колдовство?

— Нет, просто индивидуальное свойство организма. Врождённое, — слегка пожал плечами мужчина. — Если появятся вопросы — ты их запоминай; а сейчас надо помолчать, мы, кажется, на подходе, и я чувствую здесь присутствие посторонних.

Пришлось вздохнуть и умолкнуть. Присутствие посторонних автоматически означало возможные неприятности, и дополнительно привлекать их не хотелось. А я так и забыла спросить, что это за портал, к которому мы идём, и откуда он мог взяться. С другой стороны, какая мне‑то разница, если я всё равно в этом ничего не понимаю! Главное, чтобы работал.

Высказавшись про возможность нежеланных встреч, Менгерель заметно сбавил скорость и продолжил двигаться тем позабавившим меня бесшумным скользящим шагом. Мы опять нырнули в более узкие коридоры, потом через открытую демоном дверь выбрались в откровенно лифтовую шахту, только тросов тут не было. При виде тёмной бездны под ногами и над головой, где периодически вспыхивали невнятные тускло — жёлтые и красные искры, стало жутко.

— Туда? — обречённым шёпотом поинтересовалась поставленная на собственные ноги я, обеими руками цепляясь за не до конца открытую дверь.