Я пообещала некромансерам, что исправлюсь. Я думала, что разрушила лимбо, но кто же знал, что я сломала еще и Покров. Все хуже, чем я воображала!

– Хорошо. Допустим, я смогу стать проводником между мирами… Как совершить всплеск, о котором ты говоришь? Я даже не представляю, где взять такую силу, кроме как в артефактах.

Мама прикусила щеку и задумалась. Готового ответа у нее не было.

– Ты можешь объединить четыре Дома, – заявила Малана.

Я обернулась и обнаружила прабабушку у нас за спиной. Она стояла в королевской позе, задрав подбородок наверх. Ее длинная коса лежала на плече, а на лице застыло надменное выражение. Она точно все еще злилась на меня.

– Должно быть, ты шутишь? – выдавила я.

– Вовсе нет. Самые сильные маги четырех Домов создали те самые артефакты, которые использовал Аймон. Представь, какую мощь создадут могущественные некромансеры, трансмансеры, плантансеры и гемансеры, если объединятся вместе?

– Гемансеры ни за что на такое не согласятся! Они ненавидят Верховенства, а меня с Ратбоуном особенно.

Малана цокнула языком и осмотрела меня с ног до головы.

– У вас есть общий враг – Аймон. Как, по-твоему, он попал в лимбо? Ты знаешь, что именно Дом крови уничтожил его? Пусть гемансеры и змеи в своем большинстве, они никогда не позволят опьяненному властью сукину сыну попытаться обрушить их порядки.

– Они чтят традиции, – подхватила мама. – Аймон же пытался поменять многолетние устои, предложить опыты по смешению крови. Он хотел повторить тот самый ритуал, который совершил его отец, чтобы произвести на свет армию полукровок, владеющих двумя силами одновременно.

– Вы думаете, если я стану проводником, то получится закрыть брешь? Честно? – спросила я.

Малана раздраженно взмахнула руками.

– Никто ни в чем не уверен! Особенно сейчас. Мы теряем ценное время. Если ты не готова взять на себя ответственность за собственные ошибки, то приведи того, кто может рискнуть.

– Прости меня, пожалуйста… Я должна была тебя послушать и не забирать артефакт.

Прабабушка закивала, и ее плечи опустились, а поза расслабилась. Я говорила правду: стоило послушаться Малану и оставить Империальную звезду в Покрове. Ни я, ни кто-либо другой не должен иметь доступ к такой силе. Она развращает, раздувает эго и делает человека слишком властным.

– А что насчет Империальной звезды? Возможно ли уничтожить амулет и использовать его силу, чтобы подлатать барьер? Ведь это чистая некромансия множества сильных ведьм! – предложила я.

– Империальная звезда должна вернуться в Покров. Это не обсуждается, – отрезала Малана. – Барьер соткан не только из некромансии, но изо всех четырех сил. Он был создан божествами, когда творились миры. Иначе как, по-твоему, измерение принимает магов и людей? Одной некромансии здесь мало, только зря магию выпустишь на волю.

– Но ведь это будет сильный всплеск магии, так? Если объединить его с одновременным выпуском энергии всех четырех сил… получится тот еще взрыв? Уж дверь-то он точно захлопнет.

Малана блеснула глазами и нахмурилась, и я поняла, что смогла ее переубедить. А мама смотрела на меня, то и дело вытирая слезы.

– Это хороший план, солнышко. Взорвите Империальную звезду и закройте чертов проход. Тогда все мертвые должны потерять способность вернуться назад, – похвалила мама.

Я деловито кивнула, а в груди распустилась надежда.

Мама достала из кармана часы и взглянула на циферблат.

– Ты должна возвращаться, – напомнила она. – Лучше не превышать ограничение в три часа. Барьер истончился, но не пал полностью.

– Ступай в замок теней и собери всех воедино.