Беглый, не прицельный огонь — по сплошной стене тел врага промахнуться невозможно при всём желании, не с нескольких шагов уж точно.

Выпущенные практически в упор пули заставляют трескаться торопливо сотворённые уже османскими Учениками магические барьеры — Шуйские не поскупились и в эту битву их воины взяли всё самое лучшее, что только можно было достать. Пули третьего уровня зачарований, предел того, что возможно производить массово, помимо стандартного набора чар вроде дополнительного ускорения и магического урона вроде стихийной магии, имели зачарование на повышенную бронебойность.

Разумеется, магические щиты всего лишь Учеников, в редких случаях Адептов, прикрывающих янычар на линии боевого соприкосновения с гвардейцами, не могли остановить десяток-полтора таких выстрелов разом.

Зачарованные пули, каждая из которых стоила добрых пятнадцать рублей, без труда пробивала доспех рядового воина, гарантированно отправляя янычара в мир иной. За первым залпом тут же следовало ещё два — не тратя времени на перезарядку, солдаты не глядя передавали ружья назад и получали новые, уже снаряжённые. Залп, затем ещё один — и вот уже командиры телепатией посылают короткий сигнал.

И тогда вторые ряды вновь поворачиваются лицом к янычарам, вновь кидают подготовленные за эти несколько секунд гранаты, после чего первый ряд смыкает стену щитов. Перед гвардейцами Шуйских ковёр из умирающих противников, где-то глубоко в их рядах взрываются магические гранаты, закинутые сильными руками бойцов и направленные воздушными потоками младших чародеев. Не все из них разрываются в рядах противника — изрядную часть успевают отбить высоко в небо собственные чародеи осман и самые ловкие из янычар, но и того количества, что громыхнули и вспучились жгучими волнами колдовского пламени, хватило, чтобы нанести изрядный ущерб врагу. Приученные к одному и тому же паттерну атаки, янычары оказываются совершенно не готовы к броску гранат — и их строй внезапно становится намного более рыхлым, чем после предыдущих стычек. Чего, собственно, и добивался командир Шуйских:

— Клин! — услышал каждый чародей-гвардеец Шуйских. — Вторая форма!

Офицеры продублировали приказ своим подчинённым и живая река закованных в сталь тел тут же начала перестраиваться. Прикрывая рядовых бойцов, в данный момент утративших монолитность построения, что их защищала, впервые за это столкновение бояре пустили в ход атакующую магию.

По и без того расстроенным порядкам турок ударило больше полусотни чар, в большинстве своём огненных. За ними ещё и ещё, в ответ полетели с той стороны чары и пули врагов — но хоть осман и было больше, воспользоваться уязвимостью Шуйских при перестроении они не смогли. Одноразовые защитные артефакты Великого Рода, имевшиеся у каждого мага в количестве хотя бы нескольких штук, выиграли достаточно времени — а затем, по ещё больше расстроенным рядам янычар прекратил бить огненный шквал, оказалось, что русские завершили своё перестроение.

Короткий рывок, столкновение лоб в лоб и турки, не выдержав напора, окончательно ломают строй и обращаются в бегство. Центр оказался прорван, и можно было бы устроить полный разгром, пользуясь суматохой в рядах врага истребить сперва одно, затем второе крыло, но гвардейцы Великого Рода, не обращая внимания на лёгкую добычу, поднажимают, разворачиваясь и начиная бежать в гору, на холм, где множество человеческих фигурок суетится у орудий. Дорога была каждая секунда…

Оглянувшись назад, на гвардию новоявленных родичей, Володя невольно поморщился — самая малочисленная группа в отряде, Николаевы-Шуйские, проявляла себя лучше, чем он готов был принять.

Пять сотен прикрывающих тыл гвардейцев Николаевых-Шуйских не просто держались против двух тысяч османских, нет — искрящиеся Жёлтыми и Золотыми Молниями воины устроили настоящую бойню.