— А ты чем собираешься заняться? — с любопытством глядя на него, спросила Венда.

— А я помою машину и съезжу по делам.

— Могу я помочь тебе? — Она взглядом умоляла его разрешить ей сделать это. — Пока ты будешь мыть снаружи, я помою внутри. — Ободренная молчанием Кристофера, она радостно продолжила: — А потом ты, возможно, отвезешь меня в город. Мне там надо кое-что купить.

«А теперь выпутывайся из этого», — как бы говорили глаза Пэппы. К ее ужасу, он, казалось, размышлял над предложением девушки.

— Тебе лучше остаться со мной, Венда. Кристофер один гораздо быстрее сделает свои дела. — Венда не ответила на ее улыбку, а только сердито посмотрела на нее. Заметив этот сердитый взгляд, Пэппа продолжала: — Помогать мне убираться нет необходимости.

— Но я хочу поехать в город. Мне скучно.

— Извини, Венда, но это невозможно.

Венда обратила взгляд на Кристофера.

— Ты ведь позаботишься обо мне, правда?

— Дело не в том, позабочусь я или нет. — И со спокойным видом Кристофер пояснил: — Просто тебе небезопасно показываться в городе сейчас. Скоро ты окажешься в новой семье, вот тогда и сможешь ходить, куда захочешь, и делать, что пожелаешь. — И, считая вопрос закрытым, протянул ноги и откинулся на спинку стула, наслаждаясь кофе.

Венда никак не хотела согласиться с этим. Она снова заговорила на эту тему, когда они ели сосиски и омлет, и еще раз, когда Кристофер собрался идти мыть машину.

— Это ты виновата в том, что он не разрешает мне поехать, — стоя за спиной Пэппы, говорила она.

Пэппа положила скатерть и повернулась к Венде.

— Послушай, Венда, давай говорить начистоту. Это не моя вина, что ты не можешь оставить дом, и не его.

— Значит, это моя вина? — Венда вызывающе посмотрела на Пэппу. Большие и печальные глаза ее потемнели от ярости. Она перевела взгляд на Кристофера.

— И не твоя. Нельзя сказать, что это чья-то вина. Поэтому не думай, что мы наказываем тебя. Ты только облегчишь жизнь всем нам, если поймешь это.

Ее глаза наполнились слезами.

— Это несправедливо!

— Нет, справедливо. — Пэппа повернулась к мойке, чтобы вздохнуть и перевести дыхание. И к ней жизнь не всегда бывала справедливой.

Прибравшись на кухне, Пэппа отправилась в большую комнату. Стараясь не думать о том, что ей приходится выполнять домашнюю работу, которую она не очень-то любит, Пэппа драила, чистила и полировала мебель и все остальное. Потом она перешла в комнату Кристофера, а из нее в ту, которую они делили с Вендой, везде наводя идеальный порядок.

Ванная была последней, и здесь ее энтузиазм иссяк.

Выполнив все дела, она остановилась в гостиной, восхищаясь своим трудом.

— Неплохо, — с гордостью проговорила она.

Через десять минут, с полотенцем и термосом, наполненным горячим кофе, она вышла на веранду. После трудов праведных она решила вознаградить себя несколькими часами отдыха. День стоял пасмурный, но не холодный. Солнце только изредка появлялось из-за туч.

Пэппа удобно устроилась в шезлонге, накрыла ноги полотенцем и открыла книгу. Прочитав четыре главы захватывающего детектива, она услышала, как Кристофер завел мотор. Решив узнать, где находится Венда, она поднялась и пошла в дом.

Скрестив ноги, Венда сидела на полу и подстригала ногти. Подняв голову, она хмуро поглядела на Пэппу и вернулась к своему занятию.

— Ты дала Кристоферу список необходимых тебе предметов? — тихо спросила Пэппа.