— Это про меня! — обрадовалась Саулина.

— А вторая крайность, — с улыбкой продолжала старушка, — это удел высоких душ, которые, взойдя по ступеням знания на самую вершину, вдруг понимают, что ничего не знают.

— Это про вас, — догадалась Саулина.

— Может, оно и так, но, как видишь, мы с тобой равны.

— Мне кажется, это хорошо. А все-таки что означает имя Юстиция?

— Юстиция означает справедливость. А что, разве тебе не нравится?

— Конечно, нравится! Вот только в жизни я ее почти не встречала, — вздохнула Саулина.

— Ты встретишь ее здесь! — заверила ее старушка.

В ослепительном солнечном свете, проникающем сквозь закрытые ставни, плясали золотистые пылинки. Беспощадное летнее солнце сжигало поля, но стены дома в два локтя толщиной хранили внутри приятную прохладу.

— Я должна вернуться в постель? — спросила Саулина, коснувшись руки Юстиции.

— Это еще зачем? — удивилась старушка. — Ты должна умыться, переодеться и поесть.

— А кто живет в этой комнате?

У старушки всегда был наготове неожиданный и убедительный ответ:

— Ну раз ты здесь, стало быть, ты и живешь.

— Нет, я хочу сказать, вообще чья это комната?

— Такая маленькая, а уже такая любопытная!

— Простите, — смутилась Саулина. — Но почему вы так заботитесь обо мне?

— Я выполняю приказ, — загадочно ответила Юстиция.

— Значит, вы это делаете не потому, что я вам нравлюсь? Не по доброте душевной?

— Бернардино меня предупредил, что я должна быть терпелива и заботлива. Я так и поступаю. Синьор Гульельмо велел отдать в твое распоряжение эту комнату. И я ее приготовила для тебя.

Щеки Саулины стали пунцовыми.

— А где он? — спросила она, вспоминая сильного и нежного мужчину, который держал ее на руках.

— Ты о ком? — нахмурилась старушка.

— О синьоре Гульельмо.

— Он там, где хочет быть, — решительно отрезала Юстиция. — Нас это не касается. А теперь хватит вопросов.

Юстиция направилась к двери так уверенно, словно могла видеть.

— А как же я? — растерялась Саулина.

— А ты иди за мной, — ответила старушка.

Девочка вошла следом за нею в небольшую комнату, где помещалась наполненная теплой водой ванна, еще больше, чем в доме Грассини, но точно так же выложенная тонкой льняной простыней.

— Надеюсь, ты сумеешь сама принять ванну, — сказала Юстиция.

— Конечно, я умею мыться сама! — с гордостью заявила Саулина.

— На табурете рядом с ванной, — продолжала старушка, — я положила любимое мыло синьора Гульельмо. Оно из Англии.

— А что такое Англия? — Это такое место. Далеко отсюда.

— Как Кассано?

— Гораздо больше и дальше. А теперь хватит болтать, начинай-ка мыться.

Саулина быстро разделась, попробовала воду ногой, как ее учили, потом погрузилась в ванну. Ее охватило ощущение блаженства.

— И постарайся не залить весь пол, — продолжала добродушно ворчать старушка.

— Я буду осторожна.

Саулина схватила круглый и гладкий кусочек мыла. Ей уже приходилось видеть похожее в доме Грассини. Это мыло пахло жасмином и было нежно-сиреневого цвета.

— Три хорошенько повсюду, — напомнила ей Юстиция. — Даже там, где стыдно.