Маркизу Альбериги д'Адда это имя ничего не гово-рило.

— Это не имеет никакого значения, — сказал он, не желая утомлять ее дальнейшими расспросами.

— Гульельмо Галлароли — это Рибальдо, — упорно продолжала Дамиана, — лесной разбойник из Лорето.

В уме у Феба тут же промелькнули мысли о нападении, похищении, вымогательстве, шантаже, выкупе. Его взор вспыхнул неистовой яростью.

— Он испугал тебя?

— Нет, друг мой, — ласково улыбнулась она. — Гульельмо Галлароли… Рибальдо… это мой брат.

Маркиз Альбериги д'Адда едва заметно вздрогнул.

— Постарайся отдохнуть, — сказал он, чтобы хоть как-то ее успокоить.

Поверить в правдивость столь нелепого утверждения Феб не мог. Истории знатных семейств изобиловали заблудшими душами, паршивыми овцами, блудными сыновьями и дочерьми; среди его собственных предков, несомненно, тоже встречались висельники, флибустьеры, просто негодяи, убивавшие ради удовольствия. Наверняка первый Альбериги, которому титул маркиза пожаловал сам Карл Великий, не был святым праведником, раз уж сумел нанизать на острие своего клинка, как на вертел, самые крупные земельные владения в Ломбардии. Но с тех пор времена изменились, до наступления нового века оставалось всего ничего, и теперь ни один дворянин не смог бы оправдать присутствие бандита в своей семье. Воры, взяточники, махинаторы, контрабандисты, продажные чиновники — все это было допустимо, но настоящий бандит с большой дороги… нет, невозможно. И потом… у Дамианы не было братьев!

— Ты на меня не сердишься? — с беспокойством спросила Дамиана.

— Конечно, нет, почему я должен на тебя сердиться? Постарайся уснуть.

Дамиана уснула вечным сном, откинув голову на подушку. Феб тихо поцеловал ее в волосы.

36

Сопровождаемый эхом своих шагов, Гульельмо прошагал более полумили по подземному ходу и наконец подошел к подножию винтовой лестницы.

Добравшись доверху, он нажал на рычаг, бесшумно открылась потайная дверка, и Рибальдо оказался в кабинете своих апартаментов на втором этаже в гостинице Лорето. Когда-то это была патрицианская вилла, построенная во времена графов Висконти.

Подземный ход, грандиозное инженерное сооружение, протянувшееся под лесом, пролегал прямо под ложем реки, его строительство потребовало на какое-то время отведения ее в другое русло. А когда по окончании работ водный поток вновь устремился по своему прежнему пути, никто не смог бы заподозрить существование потайного хода.

Воспоминания об этом подземном ходе терялись в глубине веков. Рибальдо вновь открыл его и привел в рабочее состояние. В гостинице, негласно приобретенной им во владение, он был известен под своим настоящим именем — Гульельмо Галлароли. В крестьянской усадьбе, за скромным фасадом которой скрывались его царские хоромы, его звали Рибальдо, там он был главарем разбойников из лесов Лорето. Он распахнул ставни и высунулся в окно кабинета. Солнце уже высоко поднялось в небе, предвещая еще один жаркий и душный день без дождя.

В дверь постучали.

— Войдите! — весело откликнулся Рибальдо.

— Добрый день, синьор, — сказала Эмма, грациозно вплывая в комнату.

Она несла в руках поднос с кофейным прибором, поджаренным хлебом и печеньем. По комнате распространился дразнящий аромат свежего кофе.

— Вы пунктуальны, как судьба, — пошутил молодой человек, торопливо освобождая поверхность письменного стола от книг и бумаг, словно только что оторвался от работы.

— Но вы уже одеты! — удивилась женщина.

— Просто я еще не раздевался, — пояснил Рибальдо.