– Не беспокойтесь, Януш Сигизмундович, – я беспечно махнул рукой. – Небольшая стычка с одним идиотом. Я, вообще то, по другому вопросу. Извините, что без предварительного звонка, но вы сами знаете мои отношения с телефонами…

Рудаков отмахнулся и предложил мне сесть. Я плюхнулся на диван, сложил руки на коленях. Хозяин дома снова устроился в кресле, закинув ногу на ногу. В гостиную вошла Марина Ерофеевна.

– Илана сейчас выйдет, а я пока на стол накрою.

– Не стоит беспокоиться! Я ненадолго. Меня внизу ждет машина…

– Ничего не знаю, – непреклонно ответила женщина. – Без чашки чая и пирожных я тебя не отпущу. Тем более, я жутко заинтригована, молодой человек!

Пришлось со вздохом согласиться. Майор поинтересовался моими успехами в школе, спросил, не сильно ли я пострадал от диверсантов, а потом подмигнул и вышел из гостиной, когда там появилась Илана.

В милом сарафане на тонких лямках, открывающем плечи и колени, она выглядела еще красивее, чем в гимназическом платье. Да еще эта толстенная коса, сводившая меня с ума… И на ногах пушистые тапки с веселыми тигрятами…

Я вскочил и церемонно поклонился покрасневшей девушке. И тут же она фыркнула, прижав ладонь к губам.

– Тебя пчела тяпнула, что ли? – играя румянцем на щеках, поинтересовалась она.

– Ага, огненная, – улыбнулся я. – Привет!

– Привет, привет! Не ожидала тебя увидеть. Сюрприз, однако, да?

Мы вдруг смущенно замолчали. Илана потупила глаза и внимательно разглядывала свои тапки.

– У меня к тебе деловое предложение, – надо было прерывать дурацкое молчание. – Нужно лишь согласие родителей.

– Надеюсь, не руку и сердце просить? – засмеялась Илана и снова густо заалела.

– Пока нет, – ляпнул я. – Говорю же, деловое.

– Ну раз «пока», тогда ладно, – язвительно заметила одноклассница. – Деловое, значит.

– Дети! Идите к нам! – позвала госпожа Рудакова из столовой, спасая положение.

– Пошли, угостим тебя пирожными, – предложила девушка в сарафане, – сама сегодня в кондитерской покупала. Как видишь, удачно!

Мы расположились за большим круглым столом, заставленном чашками, блюдцами, и высокой трехуровневой «горкой» с разнообразными пирожными и шоколадными конфетами. Илана села рядом со мной, вызвав странное томление в сердце. Умиротворение снизошло на меня, когда я глядел на плавные движения Марины Ерофеевны, разливавшей терпко пахнущий чай. Домашний уют всегда зачаровывал.

– Я взяла на себя смелость заварить бергамотовый, – сказала она. – Надеюсь, не прогадала? Мы то его употребляем частенько.

– Не беспокойтесь, Марина Ерофеевна, – я аккуратно отпил из чашки. – Я всеядный.

– Уже хорошо, – улыбнулась она. – Тогда берите сладости и угощайтесь. Илана, поухаживай за гостем.

Одноклассница, привстав, ловко зацепила никелированными щипчиками пирожное с зеленой кремовой розочкой и положила его на мое блюдце, а себя одарила «корзинкой». Майор отдал предпочтение малиновому варенью. Видно, не большой любитель кондитерских сладостей.

– А где ваши младшие? – поинтересовался я.

– Бегают по улице, кошек гоняют, – усмехнулась Рудакова. – Так какой вопрос у тебя, Викентий, к нашей дочери? Судя по всему, он публичный, раз Илана сама непонимающе глазами хлопает.

– Мама! – юная девушка укоризненно покачала головой. – Не торопи события! Вик сам скажет.

– Я хотел бы пригласить Илану на званый обед к императорской чете, – сказал я, глядя на застывших родителей одноклассницы.