Я одеревеневшими пальцами вытянул головку блокировочного штока, и ко мне ввалился мрачный тип в черной куртке. Конечно же, сразу в бок уперся ствол пистолета. Взяли меня в крутой оборот.

– Не дергайся – и не буду бить, – предупредил он.

– Не трогайте водителя, пожалуйста, – попросил я, не зная, что делать.

– Будете вести себя послушно – останетесь живы, – последовал ответ.

Первый незнакомец сел за руль и первым делом повесил на зеркало какой то камешек на шнурке. Сжал его пальцами – и он вдруг осыпался мелким крошевом на колени мужчины. А меня продрало невидимыми ледяными иглами, взбаламученный защитной реакцией воздух завихрился в салоне машины.

– Что за черт? – рыкнул мужчина за водительским креслом, подскочив чуть ли не под потолок и стряхивая с колен каменистые крошки.

– Ходу давай, потом разберемся! – мой сосед нервно облизнул губы, еще сильнее упершись стволом в мои ребра. Я зашипел от боли.

Тем временем хозяйка «Фаворита» легко закинула в багажник колесо и домкрат, захлопнула крышку, ловко запрыгнула в машину и рванула по дороге, оглашая окрестности мощным басовитым ревом двигателя. Следом за ней поехали мы, подминая забытый аварийный знак. «Сатурн», выдержав интервал, пристроился в полусотне метров от нас.

А был ли прокол? Или это наложенная иллюзия? Я был ошеломлен до такой степени, что не мог толком осмыслить произошедшее. Выходит, меня похитили? Вот так, на виду проезжающих мимо нас автомобилей? С другой стороны, Сидора ловко отсекли от меня, вероятно, пригрозив оружием. Опасаясь за мою жизнь, инструктор не стал дергаться и пытаться освободиться. Значит, в «Фаворите» есть еще один человек! И сколько же их всего? Пятеро, шестеро?

– Не вертись, руки протяни, – приказал сосед и ловко стянул мои запястья тонким пластиковым шнуром с фиксатором. – Будь паинькой, и жив останешься, как и твой друг.

Черт! Да кто они такие? Разговаривают без акцента, значит, русские. Но водитель больно уж похож на типичного поляка. Да и типаж такой же, как и у Януша Курцевича, близкого друга княжича Владислава Ягеллона. Целью похищения точно не Сидор, а я – как носитель антимагии. Или же ошиблись с клиентом. Если бы они знали, что никакой блокиратор на меня не подействует, даже не пытались бы его активировать. То то удивились, когда амулет рассыпался. Получается, он не для меня предназначался? Или не догадываются, что я Разрушитель? Вопросы навалились всей массой, но в такой ситуации мне не удавалось думать отстранённо.

Небольшая кавалькада промчалась мимо аллеи, ведущей к усадьбе Булгаковы, и мне хватило выдержки не смотреть в ту сторону. Буду надеяться, что похитители ошиблись. Ну и что тогда? Мне то от этого разве легче? Осознают ошибку и прихлопнут нас обоих.

Увеличивший скорость «Фаворит» шел по Строгинскому шоссе. Вот показались пролеты рамно подвесной системы моста, стоящие на железобетонных «быках». Неужели в Строгино едем или куда дальше? Мы свернули влево к дачным поселкам и по старой асфальтовой дороге, покрытой морщинистой сетью трещин, втянулись на одну из тенистых улиц. Запылили вдоль заборов и остановились возле одного из них, обшитого тонким листовым железом зеленого цвета в потеках ржавчины.

Из остановившегося за нами «Сатурна» вылез молодой мужчина, который и открыл нам ворота. Мы, один за другим, заехали внутрь. Удивительно, как удалось трем машинам разместиться на небольшом пятачке свободного места, сжатого с одной стороны забором, а с другой – тепличками и зелеными насаждениями. Двор сам по себе оказался уютным, заросшим кустами малины и смородины. В глубине раскинулся яблоневый сад, источавший умопомрачительные запахи спелых плодов. Ветви деревьев оказались заняты огромной воробьиной компанией. Мощный гвалт разоравшихся птах рассыпался по вечернему поселку.