Два пятьдесят одна… На этот раз Джефф ясно услышал слабый стон. Прошло чуть меньше пятнадцати минут. Он снова прислушался. Цифры уже не занимали его. Но что Джефф мог поделать, если, действительно, было что-то не так? Даже если Виолетта и плачет во сне, наверное, лучше всего оставить ее в покое. Кроме того, шум мог доноситься из комнаты Бет.

Джефф попытался вернуться к работе, но чувства его обострились до предела. Неужели показалось? В прошлые ночи он ничего не слышал.

И только в третий раз услышав тот же звук, Джефф облегченно вздохнул. Он поднялся, потом сел, не зная, что предпринять. В свои тридцать семь лет ему никогда еще не приходилось успокаивать женщину. Джефф всегда был далек от этого.

Звук повторился. На этот раз ему показалось, будто он слышит плач. Джефф в нерешительности встал из-за стола. Вряд ли Виолетте понравится, что он узнал об этом.

Джефф вышел в коридор и остановился перед ее дверью. Комната оказалась почти квадратной, с окном в центре дальней стены. Справа от окна стояла дубовая кровать, освещенная лунным светом, так что Джефф мог разглядеть лицо Виолетты. Судя по всему, ей снилось что-то тревожное. Она металась, губы безмолвно произносили какие-то слова, руки были сжаты в кулаки.

Неожиданно Виолетта отчетливо произнесла:

— Джонас, ты не должен так поступать. Ты все, что у меня осталось. Ты не должен умирать!

Она становилась все более беспокойной, и Джефф, преодолев нерешительность, вошел в комнату. Господи, что он здесь делает?! У него ведь нет опыта в подобных делах, он ничего не в состоянии изменить. А принимая во внимание дневное происшествие, Виолетта вряд ли захочет принять от него помощь. Но ее отчаяние заставило Джеффа ближе подойти к кровати.

В лунном свете кожа Виолетты казалась неестественно белой, однако от этого ее привлекательность ничуть не уменьшилась. Копна волос, разметавшихся по подушке, выглядела почти черной, и только губы сохраняли свой теплый яркий цвет. Они манили Джеффа к себе, их так хотелось поцеловать…

— Джонас! — вскрикнула Виолетта, придвинувшись совсем близко к краю кровати.

Джефф испугался, что она может упасть, и, опустившись на колени, протянул руку, желая удержать Виолетту. Это оказалось довольно трудно. Помогая себе ампутированной рукой, Джефф правой старался уложить Виолетту на место. Неожиданно она порывисто обняла его и прижала к себе.

— Джонас! — сорвался с ее губ вздох облегчения, почти удовлетворения.

Джефф замер, боясь пошевелиться, но не только из страха разбудить Виолетту. Ни одна женщина еще не искала у него защиты. Джефф стоял на коленях, неподвижный, как статуя, и совершенно не представлял, что же делать дальше.

Видели бы его сейчас братья! Ну, разве кроме Джорджа, остальные, наверняка, получили бы удовольствие от этой сцены. А Роза сказала бы, что происшедшее явно пошло ему на пользу.

Господи, как хотелось Джеффу хоть на миг забыть о своем проклятом обрубке и обнять Виолетту обеими руками!

Нет, нужно уходить отсюда как можно скорее. Не следует даже прикасаться к Виолетте. Что, если проснется Бет? Но отчаяние Виолетты разрывало его сердце. Никогда еще ни одна женщина не действовала на Джеффа подобным образом. Ему так хотелось утешить Виолетту, несмотря на то, что она была янки. Господи, он не должен позволять себе испытывать подобные чувства! Это просто какое-то сумасшествие! Джефф говорил себе, что всего лишь пытается утешить плачущую во сне женщину.

Однако в глубине души он признавал: за этим йфоется нечто большее. С момента своего появления в пансионате две с лишним недели тому назад Джефф, не переставая, думал о мисс Гудвин. Она взволновала его, спутала все мысли, воскресила в памяти то, что, казалось, было давно мертво и похоронено.

Джефф осторожно убрал упавшие на лицо Виолетты волосы. Несмотря на многолетние посещения Луизы, он никогда еще не касался другой женщины.