|
"Я знаю, - думал он, - матушке будет приятно, что я достойно вознаградил всех служителей семьи Эсмондов". Поэтому он раздавал золотые монеты направо и налево, словно и вправду был так богат, как утверждал Гамбо. Никто не отошел от него с пустыми руками. От мажордома до чистильщика сапог - для всех у мистера Гарри нашелся прощальный дар. Он вручил кое-что на память о себе и суровой экономке в ее бельевой, и дряхлому привратнику в сторожке. Когда человек влюблен, можно только удивляться, какой нежностью он проникается ко всем, кто имеет хоть какое-нибудь отношение к предмету его страсти. Он заискивает у горничных; он любезен с дворецким; он внимателен к лакею; он выполняет поручения ее сестер; он снабжает советами и деньгами ее младшего брата-студента; он гладит собачек, которым при других обстоятельствах дал бы хорошего пинка; он улыбается древним анекдотам, которые вызвали бы у него только зевоту, не рассказывай их ее папенька; он пьет сладкий портвейн, за который у себя в клубе проклял бы и секретаря, и всех старейшин; он мил даже с желчной тетушкой, старой девой; он отбивает такт, когда прелестная малютка Фанни барабанит на фортепьяно единственную известную ей вещицу, и весело смеется, когда гадкий Бобби опрокидывает кофе на его рубашку. Гарри Уорингтон на свой лад и согласно обычаям того века в течение краткого срока перед своим отъездом (из чего я заключаю, что он объявил о своей страсти и услышал благосклонный ответ лишь совсем недавно) с помощью вышеупомянутых безыскусственных способов выказывал обитателям и обитательницам Каслвуда ту любовь, которую он питал к одной из этих последних. Он был бы только рад, если бы кузен Уилл вернул весь свой проигрыш или даже выиграл у него половину его собственных денег. Тем не менее Гарри, хоть он и был влюблен, сохранил и рассудительность, и азарт, и уважение к честной игре, и способность по достоинству оценить хорошую лошадь. Выиграв все деньги Уилла, не считая значительного числа ценных автографов мистера Эсмонда, Гарри был очень доволен, когда ему досталась и гнедая лошадь Уилла - то самое четвероногое, которое чуть было не столкнуло его в воду в первый вечер после его приезда в Каслвуд. С тех пор он не раз имел возможность убедиться в достоинствах этого животного и даже в самый разгар своей страсти и нежного романа отнюдь не огорчился, став владельцем такого сильного и быстрого породистого скакуна, к тому же выезженного и для охоты. Достаточно налюбовавшись на звезды над окном своей возлюбленной, затмевавшие блеск ее ночника, он тоже удалился в спальню и, без сомнения, с юношеским восторгом думал о своей Марии и о своей лошади, мечтая о том, какое это было бы блаженство посадить одну на другую позади себя и объехать весь остров на подобном коне, когда его стан обвивали бы подобные белоснежные руки. |
