|
Он упорно носит траур по брате, от которого унаследовал свои владения. - А вас разве что-нибудь могло бы утешить, если бы ваш брат умер, милейший кавалер? - воскликнул пожилой джентльмен. - О, милорд! Его имение! - ответил иностранец. - Как вам известно, оно не так уж мало. - Ваш брат живет на доходы с родового имения, которое, как вы мне говорили, очень велико, а вы - своими трудами, дражайший кавалер. - Милорд! - вскричал иностранец, которого его собеседник стал теперь называть кавалером. - Своими трудами и умом, что гораздо благороднее! А вы будете нынче у баронессы? Она ведь, кажется, немного вам сродни? - Я вновь не понимаю вас, ваше сиятельство, - с досадой ответил его собеседник. - Но как же! Она - очень умная женщина, знатного происхождения, испытала невероятные приключения, почти без принципов (тут, к счастью, вы имеете перед ней преимущество). Но что до этого нам, людям света? Без сомнения, вы пойдете туда, чтобы играть с юным креолом и выиграть у него как можно больше. Между прочим, барон, а что, если этот юный креол на самом деле guet a pens? {Ловушка (франц.).} Что, если наша почтенная дама попросту сочинила его в Лондоне и приписала ему сказочные богатства, чтобы он мог обирать здешних простаков? J'y a souvent pense {Я часто об этом думал (франц.).}, милорд, - ответил барон, многозначительно прижимая палец к носу. - Ведь баронесса способна на что угодно. - Барон, баронесса - que voulez-vous {Что вы хотите (франц.).}, друг мой? Я имею в виду покойного супруга. Вы его знали? - Близко. Более законченный негодяй еще не садился за карточный стол. В Венеции, в Брюсселе, в Спа, в Вене - ему были хорошо известны тюрьмы всех этих городов. Да, я его знал, милорд. - Я так и полагал. Я видел его в Гааге, где имел честь познакомиться и с вами, - столь отъявленный мошенник не часто переступал мой порог. Но послу приходится открывать свои двери самым разным людям, барон, - шпионам, шулерам, злодеям и всяким мерзавцам. - Parbleu {Черт побери (франц.).}, милорд! Как вы их трактуете! - заметил собеседник милорда. - Человек моего ранга, милейший, - моего тогдашнего ранга, - разумеется, обязан принимать всевозможных людей - в том числе и вашего друга. Зачем его жене могло понадобиться подобное имя, я, право, не могу понять. - По-видимому, оно было лучше ее собственного. - Вот как? Мне приходилось слышать про ирландца, который обменялся одеждой с огородным пугалом. Не берусь судить, какое имя более благородно - английского епископа или немецкого барона. - Милорд! - покричал его собеседник, вскакивая и прижимая руку к большой звезде у себя на груди. |
