|
- Мы все гордимся вами, дорогой Джордж. Мы любим вас, наш дорогой племянничек... Мы все любим вас, мы все гордимся вами... - А я больше люблю Гарри, - раздается писклявый голосок. - ...но вовсе не из-за вашего богатства!.. Скруби, отведите мистера Майлза к его гувернеру. Ступай, дитя мое... Вовсе не потому, что судьба наградила вас большим поместьем и принадлежностью к древнему роду, а потому, Джордж, что вы сумели использовать на благо данные вам богом таланты, потому что вы сражались и проливали кровь за отечество и за короля и воистину достойны милости этого лучшего из всех монархов. Генерал Ламберт, вы были столь добры, что не погнушались навестить нас, сельских жителей, и разделить с нами нашу скромную трапезу, и я надеюсь, что вы еще посетите нас снова, и мы постараемся, чтобы в следующий раз наше гостеприимство было не столь скромным. Да, клянусь небом, генерал, вы должны назначить день, когда вы, и миссис Ламберт, и ваши милые дочки сможете у нас отобедать. И никаких отговорок, нет! Клянусь небом, я их не приму! - надрывается хлебосольный баронет. - Надеюсь, вы подниметесь с нами в гостиную? - говорит хозяйка, вставая из-за стола. Мистер Ламберт просит его извинить - он должен откланяться. Но о том, чтобы отпустить дорогого Джорджа, дамы и слушать не желают. О нет, он не должен их покидать. Они хотят поближе познакомиться со своим кузеном. Он непременно должен рассказать им об этом ужасном сражении и о том, как он спасся от индейцев. Появляется Том Клейпул и слушает часть повествования. Флора прижимает платок к глазам, и мистер Майлз-младший спрашивает: - Зачем ты утираешься платком, Флора? Ты же не плачешь. Возвратясь домой, Мартин Ламберт, обладающий большим чувством юмора, не может удержаться, чтобы не рассказать жене о своем новом знакомстве. В те годы вошло в обиход некое словечко - пустозвонство. Можно ли поверить, что генерал позволил себе употребить его, рассказывая о своем посещении семейства почтенного сельского джентльмена? Он описал назойливое гостеприимство папаши, велеречивую льстивость мамаши, восторженные взгляды дочек, скудные порции жилистой баранины и тошнотворный запах и вкус наливки, а миссис Ламберт, вероятно, не могла при этом не сравнить прием, оказанный хозяйкой дома Джорджу, с тем, как плохо стали привечать в этом доме Гарри. - А эта мисс Уорингтон - она и в самом деле так красива? - спросила миссис Ламберт. - О да, она очень хороша собой и самая беспардонная кокетка, второй такой поискать! - отвечал генерал. - Лицемерка! Не выношу таких людей! - воскликнула его жена. На что генерал, как это ни странно, отвечал кратким междометием: - Кыш! - Почему ты сказал "кыш", Мартин? - спросила миссис Ламберт. - Я сказал "кыш" одной гусыне, моя дорогая, - отвечал генерал. |
