|
Они же, со своей стороны, не подвергали сомнению, что он располагает свободными средствами и достатком, и хотя ни мистер, ни миссис Ламберт не были людьми корыстными, они, само собой разумеется, не могли не радоваться, видя растущую взаимную привязанность их дочери и этого молодого человека из хорошей семьи, воспитанного в твердых правилах, одаренного и к тому же с видами на большое наследство. Во всех словах и поступках мистера Эсмонда-Уорингтона проявлялась глубокая честность его натуры, а умение в любом случае жизни держаться просто и вместе с тем с достоинством свидетельствовало о том, что он истинный джентльмен. Он мог быть холоден и даже несколько надменен с незнакомыми людьми, особенно из великосветского круга. Однако в нем не было и тени высокомерия; с дамами он был неизменно любезен, а с теми людьми, к которым чувствовал сердечное расположение, - необычайно добр, мягок, внимателен и ласков. Не удивительно, что одна известная нам юная девица привыкла считать его самым лучшим человеком на свете - даже, увы, не исключая папеньки. Пылкая любовь мужчины делает его лучше всех других в глазах женщины. Мы, мне кажется, уже упоминали о том, что Джордж даже сам диву давался, когда, беседуя с неким прелестным созданием, чье сердце безраздельно было отдано ему, замечал, как он становится умен, остроумен, красноречив... Снова скажу: мы не станем подслушивать их любовный шепот. Эти нежные слова омертвеют, будучи перенесены на бумагу. Прошу вас, сударь, и вас, сударыня, если сердце ваше не лишено чувствительности, отложите эту книгу и поразмышляйте кое о чем. Может быть, в ваши преклонные лета вы все-таки еще не все забыли? Прошлое ушло, погребено в могиле, но вот наступает некий миг, и воспоминания внезапно встают из гроба, и вам, как в былые времена, слышится чей-то шепот, и видится чей-то проникающий в душу взгляд, и улыбка, и чья-то рука в вашей руке, и чьи-то слезы пролились на вашу грудь. Прошлое здесь, оно ожило, сказал я? О нет, оно далеко, о, как далеко! О одинокое сердце, о холодный пепел воспоминаний! Сосуд цел, но роза увяла; мы здесь, на берегу, а корабль нашего прошлого уже поднял якорь и навеки скрылся из глаз. И так далее, и так далее, и тому подобное. Все это, однако, не более как сентиментальность, а к Джорджу и Тео не имеет никакого отношения. Я, собственно говоря, хотел только заверить вас в том, что родители мисс Тео были вполне довольны описанным нами положением дел, и хотя мистер Уорингтон еще не задал решающего вопроса, всем уже было ясно, какой последует на него ответ. Возможно, маменьке Ламберт казалось, что вопрос этот уже давным-давно можно было бы задать. - Чепуха, моя дорогая! - сказал генерал. - Куда нам спешить? Тео едва сравнялось семнадцать; Джорджу, если я не ошибаюсь, нет сорока. К тому же ему еще надо написать матери в Виргинию и испросить у нее благословения, а на это тоже потребуется время. - А что, если она не даст согласия? - Это будет черный день для всех нас, - отвечал генерал. |
