|
- Ах, сударыня, если бы у меня дома пеклись такие удачные пироги, как в Каслвуде! Я часто говорю жене: "Как мне хотелось бы, душенька, чтобы у тебя была рука госпожи Эсмонд..." - Прелестная рука, которая, конечно, должна нравиться и многим другим, - говорит бостонский почтмейстер, и мистер Эсмонд бросает на него не слишком довольный взгляд. - Ах, какая это рука, когда нужно сделать корочку пирога особенно легкой! - продолжает судья. - Ваш покорный слуга, сударыня. Он не сомневается, что подобный комплимент должен доставить вдове большое удовольствие. Она скромно отвечает, что училась стряпать, когда жила на родине в Англии, где получала образование, и что ее матушка научила ее готовить кое-какие блюда, которые очень нравились ее отцу и сыновьям. И она очень рада, если гостям они также понравились. Говорится еще много столь же любезных слов, подается еще много кушаний - в десять раз больше, чем могли бы съесть присутствующие. Мистер Вашингтон почти не принимает участия в общей беседе - между ним, мистером Толмеджем, майором Дэнверсом и почтмейстером завязался оживленный разговор о дорогах, мостах, повозках, вьючных лошадях и артиллерийских обозах, и полковник провинциальной милиции, разложив перед собой кусочки хлеба, прижимает пальцем тот форт, о котором он повествует своим собратьям-адъютантам, и продолжает говорить до тех пор, пока лакей-негр, обнося гостей новым блюдом, не смахивает салфеткой Потомак и не подцепляет Огайо ложкой. В конце обеда мистер Бродбент покидает свое место, становится позади стула вице-губернатора, произносит благодарственную молитву, возвращается к своему прибору и, исполнив свои благочестивые обязанности, вновь берется за нож и вилку. Теперь вносят сласти и пудинги - я мог бы подробно их вам перечислить, если бы вы пожелали, только какую барышню в наши дни интересуют пудинги, да к тому же еще пудинги, которые были съедены сто лет назад и которые госпожа Эсмонд приготовила для своих гостей с таким искусством и тщанием? Но вот со стола все убрано, и Натан, дворецкий, ставит бокалы перед гостями и наполняет бокал своей госпожи. Поклонившись гостям, она говорит, что предложит только один тост, но знает, с какой сердечной радостью его поддержат все присутствующие джентльмены. Затем она провозглашает: "Здоровье его величества!" - и кланяется мистеру Брэддоку, а он, его адъютанты и все местные джентльмены с верноподданническим жаром повторяют имя своего возлюбленного и всемилостивейшего государя. Затем, допив бокал и еще раз поклонившись обществу, вдова выходит из залы между рядами чернокожих слуг, сделав в дверях один из самых прекрасных своих реверансов. Гостеприимная хозяйка Каслвуда столь безупречно исполняла свои обязанности, была так весела и красива, беседовала с гостями с таким одушевлением и мужеством, что немногие дамы, присутствовавшие там, поспешили выразить ей свое восхищение великолепием обеда и особенно тем, как она председательствовала за столом. |
