|
Сколько бед произошло только из-за того, что я хранил тайну, касавшуюся лишь меня и еще одной особы! Долгое время Джордж Уорингтон питал ко мне ненависть, и, признаюсь, мои чувства к нему были ненамного более дружественными. Мы оба могли бы избежать этих страданий, если бы мои частные письма читали только те, кому они предназначались. Больше я ничего не скажу, так как слишком взволнован и могу наговорить лишнего. Господь да благословит тебя, Гарри! Прощайте, Джордж! И примите совет искреннего друга: попытайтесь впредь не столь поспешно верить дурному о своих друзьях. Мы встретимся в лагере, но оружие свое сбережем для врага. Господа, если вы завтра не забудете о том, что произошло, то вы знаете, где меня можно найти. - И, с большим достоинством поклонившись английским офицерам, полковник покинул смущенное общество. Вскоре он уже ехал своим путем. ^TГлава XII^U Вести из лагеря Вообразим, что братья уже распрощались, что Джордж занял свое место в свите генерала Брэддока, а Гарри, исполняя свой долг, вернулся в Каслвуд. Но сердце его отдано армии, и домашние занятия не доставляют ему ни малейшей радости. Он даже себе не признается, как тяжко ему оставаться под тихим родным кровом, который после отъезда Джорджа стал совсем унылым. Проходя мимо опустевшей комнаты Джорджа, Гарри отворачивает лицо; он занимает место Джорджа во главе стола и вздыхает, поднося к губам серебряную кружку. Госпожа Уорингтон каждый день неизменно провозглашает тост: "Здоровье короля!" - а по воскресеньям, когда Гарри во время домашнего богослужения доходит до молитвы о всех плавающих и путешествующих, она произносит: "Услыши нас, господи!" - с особой торжественностью. Она постоянно говорит о Джордже, и всегда весело, как будто в его благополучном возвращении нельзя даже сомневаться. Она входит в его пустую комнату с высоко поднятой головой и без видимых признаков волнения. Она следит, чтобы его книги, белье, бумаги и другие вещи содержались в полном порядке, говорит о нем с особым почтением, а за столом и в других подходящих случаях указывает старым слугам, что надо будет сделать, "когда мистер Джордж вернется домой". Миссис Маунтин всегда всхлипывает, едва кто-нибудь произносит имя Джорджа, а на лице Гарри лежит печать мучительной тревоги, однако его мать неизменно хранит величавое спокойствие. Правда, играя в пикет или в триктрак, она делает больше ошибок, чем можно было бы ожидать, а слуги, как бы рано они ни вставали, всегда застают ее уже на ногах и одетой. Она уговорила мистера Демпстера вновь поселиться в Каслвуде. Она не строга и не надменна с домашними (как, бесспорно, бывало прежде), а держится с ними мягко и кротко. Она постоянно говорит о своем отце и о походах, из которых он возвращался без серьезных ран, и уповает, что и ее старший сын вернется к ней целый и невредимый. |
